среда, 28 сентября 2022 г.

Сортавала 2022

Осень пришла в Карелию внезапно, будто кто-то взял и выключил лето. Ещё вечером 28 августа я возвращался домой в шортах и сандалиях, а наутро небо затянуло тучами, довольно резко похолодало, и стало понятно, что шорты и сандалии остались в прошлом. 12 сентября я закончил полевой сезон, сгоняв на автобусах в Сортавалу, под которой у меня была пар точек, с которых надо было взять пробы почв. Сортавала находится довольно далеко от Петрозаводска, так что пришлось потратить на эту поездку целый день. Неприятным фактом было то, что все автобусы Петрозаводск-Сортавала отправлялись после обеда и прибывали в столицу Карельского Приладожья уже вечером. По счастью, я вовремя обнаружил, что имеется автобус до Питера, объезжающий Ладогу с севера и запада, который выходит в 8-30 и проходит Сортавалу в районе часа дня. Где-то в это время я вылез у развилки на Вяртсиля, где у меня была первая точка, накопал почвы там и пошёл в пешком семь километров к околице самой Сортавалы, где у меня на склоне горы была вторая точка. Погода стояла солнечная, хотя и было уже довольно прохладно. Отобрав почву и на второй точке, я пошёл в центр города, чтобы пообедать, ну а потом у меня было два часа до обратного автобуса, чтобы прогуляться.


А ведь я был в Сортавале только четвёртый раз, и в предыдущий раз был ажно 11 лет назад, в 2011 году. К сожалению, двухчасовая прогулка, да ещё после того, как уже я прошёл с десяток километров, не позволила разглядеть слишком много. Ну что ж, поделать, значит, содержательного поста опять не будет. Будут поверхностные ощущения.

понедельник, 29 августа 2022 г.

PROFIT!!!!

Немного отвлечёмся и поговорим о таком предмете, как некоммерческие организации или НКО. Строго говоря, вещи я буду говорить банальные, так что даже возникает желание воскликнуть «А чо, этого кто-то не знает?!» Но, конечно, не знает. Знали бы все – самих НКО просто бы не существовало. Ну да всё по порядку.

Некоммерческая организация (НКО) — это организация, основной целью деятельности которой не является извлечение прибыли и которая не распределяет прибыль между участниками. Некоммерческие организации могут создаваться для достижения социальных, благотворительных, культурных, образовательных, научных и других целей.

Это такое определение в Википедии приведено. С моей точки зрения, оно является описанием некого «идеального газа», в природе не существующего. Ибо прибыль бывает не обязательно денежная, и её получение, как правило, спрятано куда-то вглубь, ну и денежная прибыль в деятельности НКО тоже не отсутствует. В реале деятельность подобных контор подчиняется трёхчленной схеме, отдалённо напоминающей про гномиков из «Южного Парка».

1. Алармистская риторика. Для привлечения внимания граждан надо как-то удивить. Например, напугать. Какой-то очень страшной проблемой.

«На каждого россиянина давит воздушный столб массой в 16,5 тонн, а власти делают вид, что всё в порядке!»

Блин! Чешет в затылке обыватель. И впрямь, власти ничего не делают, и даже про это не говорят.  Ни Путин про это не говорит, ни в программе «Время» про это не услышишь. А любого усомнившегося скептика запросто поставят на место экспертным мнением из учебника физика: давит же, и это факт! И даже покажут ролик из ютуба, где атмосферное давление сминает железнодорожную цистерну.

Не, далеко не всегда проблема надуманная. Часто она бывает вполне реальной, но беда в том, что внимание привлекается не к самой проблеме, а к каким-то её симптомам. К примеру, наркомания (излюбленное поле деятельности НКО) – это социальная проблема, вытекающая из плачевного экономического положения в стране. Сами наркоманы – всего-навсего жертвы сложившейся в его результате безысходности. Не будет возможности травить себя наркотиками – они найдут другой способ отправиться в жернова естественного отбора. Ещё более яркий пример – реабилитационные центры для животных. Весьма модно выхаживать попавших в беду зайчиков и птичек, а потом выпускать их в природу. Правда, основная проблема, от которой страдают зайчики и птички – это разрушение местообитаний, а сами выхоженные могут погибнуть через два дня после выпуска в природу от других причин, но на это внимание не обращайте. Один хрен, проблему разрушения местообитаний, как и разрушения экономики кучка интузязистов решить не может. Она решает проблему конкретного наркомана Васи и конкретного зайчика, переданного им из Ростовской области в Подмосковье. Но об этом думать не стОит. Стоит думать, как всё плохо, и что надо же что-то делать. Для этого и нужна алармистская повестка.

суббота, 20 августа 2022 г.

Ипох

Сегодняшний рассказ про малайский город со стёбным названием Ипох. В русском языке вообще есть правило, согласно которому иностранные географические названия, непотребно звучащие на русском, могут быть несколько видоизменены. Так одна аргентинская провинция стала называться на наших картах Жужуй, а столица Аннама, Центрального Вьетнама, обрела манерное имя «Хюэ». К тому же, у нас традиционно ориентировались на английские, колониальные имена, а в английском языке «эйч» на конце не читается. Но город почему-то не получил русского названия типа «Ипо». Ипох он и есть Ипох. Да, в общем, и по… и всё равно.

Сложнее объяснить, как я тут оказался. В городе нет особых достопримечательностей, и сам он не шибко исторический. Вероятно, я просто хотел сделать остановку на пути с Пинанга в Малакку, и решил эту остановку сделать не в Куала Лумпуре, так что с острова я направился на туристическом автобусе сюда, в Ипох.


Само «слово «ипох» обозначает дерево из семейство тутовых, родственника шелковицы. Только в отличие от своего съедобного родича, дерево это чрезвычайно ядовито, и в странах Азии его сок используется для отравления стрел. По латыни это дерево называется Antiaris toxicaria, а по-русски – анчар. Тот самый, воспетый Пушкиным. Впрочем, надо сказать, Александр Сергеич несколько преувеличил – не знаю, росли ли тут анчары, но Ипох стоит отнюдь не в пустыне чахлой и скупой, а вполне себе на зелёных живописных холмах. Ипох, в общем, достаточно крупное поселение. На 2020 год тут проживало около 750 тысяч человек, что делало его восьмым по величине городом Малайзии, и самым крупным, если не считать агломерации Куала-Лумпура, Пинанга и Сингапура. Это столица штата с также довольно стёбным названием Перак. Ну, тоже какое есть. Вместе с тем, город отнюдь не стар – городом он стал где-то в 1880 году, когда здесь, в долине реки Кинта, англичане нашли крупные месторождения олова, так что в ХХ век Ипох вошёл, можно сказать, на оловянных ногах. Экономический бум привлёк кучу переселенцев – в современном Ипохе, как и на Пинанге, китайцы численно преобладают над аборигенами и составляют около 44% населения, а есть ещё и значительное число индусов. Уже в 1895 году это был второй по величине город Малайской Федерации, а к 1937 году сюда переехала столица султаната Перак. В 1970-е годы оловянное месторождение истощилось, что вызвало, по выражению авторов статьи в английской Википедии, «десятилетия упадка и запущенности». Но в 2014 году, когда в Ипох заехал я, никаких упадка и запущенности тут не ощущалось. Напротив, весьма чистенький и ухоженный город, где колониальные сооружения соседствуют с современным стеклом и бетоном. Правда, не сказать, что за менее суток, проведённых мной в Ипохе, я его как следует рассмотрел, ну да старый город, лежащий между рекой Кинта и железнодорожной линией вполне осмотрел. Пройдёмся тут и мы.

вторник, 2 августа 2022 г.

Ферма тропических фруктов

Пришла пора поговорить о тропических фруктах.

При всем разнообразии тропических фруктов нужно все-таки сознаться, что, перепробовав большинство, я все-таки остаюсь сторонником произведений нашего севера. Фрукты тропиков далеко не столь нежны и ароматны, как наши. Мясо их или грубо и твердо, или отдает сильным запахом, который неприятен для непривычного, или они водянисто-кисловаты и безвкусны. От многих пассажиров наших судов, проходящих тропические порты, и от морских офицеров я слышал даже безусловное порицание тропических плодов. Фрукты тропические, как и наши, не все одинакового качества и достоинства.

Российский ботаник и географ рубежа XIX-XX веков Андрей Краснов (между прочим, родной брат печально известного генерала Краснова) выражал по отношению к плодам тропиков явный скептицизм. Здесь он справедливо сетует как на плохую известность тропических культур, так и недостаток истории их селекции, хотя в другом месте сам отмечает, что сортовое разнообразие (и история возделывания) бананов, например, не уступает яблокам. Я с уважаемым профессором позволю не согласиться. По моему скромному вкусу, тропические фрукты – одна из лучших вещей в экваториальных широтах. Тут работает само по себе разнообразие тропической природы, ну и, к тому же, сейчас селекция тропических культур ушла далеко вперёд от того места, где она находилась сто с лишком лет назад.


Настоящее знакомство с тропическими фруктами у меня произошло довольно поздно. Ну, понятно, я не про апельсины с бананами говорю, хотя как-то в нежном возрасте мне даже случилось попробовать ананас, которые тогда в продаже практически не появлялись, разве что в мороженом или консервированном (дорогущие!) виде. Затем моя сестра вышла замуж, а её свекровь, так получилось, работала в оранжерее Главного ботсада. Там мне довелось попробовать, например цератонию («царьградские рожки») и кинкан (кумкват). Но основную массу экзотических плодов я видел только в книжках. Была замечательная книга, переиздание заграничной, кажется, от издательства «Мир» с цветными иллюстрациями. К сожалению, не могу не только найти эту книгу, но и вспомнить, как она точно называлась. Вот там я впервые увидел личи, карамболу и рамбутан. Сейчас значительную часть данного списка можно купить в любом супермаркете. Но беда в том, что купивший их за немалую цену, скорее всего, будет разочарован не хуже Краснова. К нам и ананасы то не совсем лучших кондиций доезжают, а уж что говорить про манго и лонганы? Это, как ни крути, надо кушать в тропиках, когда оно вызрело на жарком экваториальном солнышке и попало на базар через пару часов после того, как было собрано на плантации. В этом я и убедился практически с первого своего визита в тропики.

Естественно, я обрадовался, когда в списке туристических аттракционов Пинанга увидел ферму тропических фруктов, расположенную где-то в западной части острова. Ехать туда из центра Джорджтауна, если, конечно, у вас нет машины или кучи бабок на такси, надо с пересадкой в посёлке Телук Баханг на северо-западе острова. Телук Баханг, хоть и невелик, но сам содержит несколько мест притяжений туристов, например, визит-центр национального парка Пинанг (в парк я тоже пытался сходить, но быстро попал под проливной тропический ливень и ретировался, никуда толком не дойдя). Посему в него ходит регулярный автобус номер 101 из центра Джорджтауна, останавливающийся вот на этой развязке со скульптурой, изображающей ловчие кувшинчики насекомоядного растения непентес. Это не фрукт, но непентес тоже был знаком мне по оранжереям ГАБС.

вторник, 26 июля 2022 г.

Уличное искусство Джорджтауна

Пинанг, как мы уже убедились, конечно, место вполне славное и колоритное. Но до славы Сингапура ему всё-таки далеко. Тут тоже остров, был свободный порт и живут китайцы. А вот чего-то не хватает. Как нам раскрутить свой островок, придав ему чего-то эдакого, уникально-местного, призадумались в правительстве Пинанга. И таки ж надумали. Началось это, впрочем, как некая трансформация банальных туристических стендов. В 2010 году (совсем, в общем, недавно) власти проспонсировало студию Sculpture at Work серию панно, которые можно было бы устанавливать в разных местах, и которые бы в развлекательной форме рассказывали о соответствующем месте в городе, его истории и специфике.


Эти панно вовсе не нарисованы на стенке, как может показаться по фото. На самом деле, они вырезаны из листа металла (видите, на «рисунке» нету «висящих» деталей – все чёрточки привязаны к одной базе?) и стоят перед отштукатуренной и покрашенной стенкой. В солнечную погоду можно видеть, как они отбрасывают тень на стену.

пятница, 22 июля 2022 г.

Джорджтаун сверху

После прогулки по улицам Джорджтауна, можно, наконец, сделать то, что я не смог сделать в Куала-Лумпуре. Подняться наверх, чтобы осмотреть город сверху. Благо, здесь подходящая точка есть: Комплекс Тун Абдул Разака (названный так по имени второго премьер-министра независимой Малайзии), который в названиях обычно сокращают до «Комтар». Под этим названием, собственно, он и известен, и не только на Пинанге.


Сейчас это практически центр Джорджтауна, хотя в XIX веке это место имело малайское название Уджонг Пасир и китайское Сиа Бой, что в обоих случаях переводится, как «конец деревни». Да, примерно тут, на болотистой равнине, тогда заканчивался колониальный Джорджтаун. В ХХ веке, впрочем, город выплеснулся за свои границы и пошёл дальше, а здесь появился один из важнейших в городе перекрёстков (на котором, в частности, были установлены первые на Пинанге светофоры), функционировал большой рынок, который так и назывался, Сиа Бой и кучковались городские рикши. В войну Сиа Бой сильно пострадал от бомбёжек. Англичане уверяли, что японцы приняли перевёрнутые повозки рикш за зенитки, но скорей всего его бомбили просто как важный общественный центр. Ну а после войны район не восстанавливали довольно долго. Лишившись в 1950-е годы статуса свободного порта, Пинанг пришёл в общий упадок. Джорджтаун тогда представлял собой сборище трущоб. Программа ревитализации относится уже к 1969 году, когда главный министр Пинанга Ли Чонг Ю объявил конкурс на создание в районе Сиа Бой нового городского центра. Жемчужиной этого центра должен был быть комплекс включающий в одном сооружении правительственные учреждения, огромный торговый центр, транспортный узел, четыре семнадцатиэтажные жилые башни, ну а главное – шестидесятипятиэтажный небоскрёб в виде двенадцатигранной призмы. Первый кирпич в застройку в 1974 году заложил сам господин Абдул Разак, имя которого комплекс затем получил. Стройка шла долго, не всё удалось реализовать, в частности, жилых семнадцатиэтажек по краям я так и не увидел.

вторник, 12 июля 2022 г.

Джорджтаун, Пинанг

Итак, дорогой читатель, сегодня мы отправляемся на настоящий тропический остров, чуть не сказал, «под кокосовую пальму». Хотя пальма там тоже присутствует, но не кокосовая. Пинанг – небольшой (около 300 квадратных километров) остров у северо-западного побережья Малайзии в Малаккском проливе. Внимательные читатели, знакомые с моим блогом (вдруг такие есть), могли бы заметить, что в дорожных заметках я называл его «Пенанг». Ну, в общем, шут знает, как оно на самом деле, по-малайски он пишется как Pinang, по-английски (в том числе и в путеводителе LP) – как Penang, хотя произносится всё же ближе к «Пинанг». Но в Википедии он фигурирует именно как Пинанг, через И. Так и буду его впредь называть, если только нечаянно не собьюсь.

В средние века Пинанг принадлежал малайскому султанату Кедах, бывшему в вассальных отношениях с Сиамским королевством (нынешним Таиландом). Ну, тайская граница тут, в общем, недалеко. Очевидно, не всем в кедахской элите этот вассалитет нравился, ибо прибывшая в 1786 году экспедиция Ост-Индийской компании выступила с деловым предложением: давайте мы вас будет от сиамцев защищать, а вы нам за это отдадите во-от этот остров (речь, как вы поняли, шла о Пинанге). Остров тогда был «весь покрытый зеленью, абсолютно весь», никакой ценности для султана и его прихлебателей не представлял, так что султан радостно согласился. Англичане на радостях наименовали остров именем Принца Уэльского, а в северо-восточном углу его заложили форт, ставший первым сооружением на острове, а затем и город, названный в честь короля Георга III Джорджтаун. Имя Джорджтаун для исторической части Пинанга сохранилось до сих пор, а вот Принцу Уэльскому повело меньше, Пинанг опять стал Пинангом. Поскольку работать в жарком тропическом климате представителям высшей расы… простите, передовой демократии, не к лицу, остров стал заполняться переселенцами практически со всей Азии. Организовали это очень просто: англичане кинули в своих колониях клич, что переселенцы на остров Принца Уэльского получат столько земли, сколько сами смогут расчистить от джунглей. Представляю, что там творилось в эти времена. В итоге нынешний Пинанг – это настоящий этнический салат. Это единственный штат Малайзии, где сами малайцы составляют менее трети населения. Тут есть и индусы, и тайцы, и бирманцы, но больше всего (свыше половины населения острова) – китайцев. Китайская диаспора тут была сильнее даже, чем в Сингапуре, неспроста даже основатель Гоминьдана и первый лидер республиканского Китая Сунь Ятсен устроил в Джорджтауне свою базу в 1910 году, на базе которой издавал оппозиционную газету и провёл Пинангскую конференцию. Но вернёмся в начало XIX века. Заполучив остров, англичане начали развивать его, как свободный порт (один из трёх в регионе, вместе с Малаккой и Сингапуром). Уже к 1800 году аппетиты Джона Булля выплеснулись на материк, и к островному владению были прирезаны полоски земли за проливом, которые ещё дважды расширялись. Первоначально пинангская колония входила в состав Британской Индии, однако потом получила автономию, которую сохраняла вплоть до 1946 года с перерывом на японскую оккупацию во II Мировой войне (Джорджтауну повезло избежать участи Манилы, хотя англичане по части ковровых бомбометаний и артиллерийских обстрелов оккупированных городов были не хуже американцев). Затем Пинанг вступил в Малайскую федерацию, в которой и встретил провозглашение независимости, и в отличие от Сингапура, из неё не вышел.


Сегодняшний Пинанг – один из самых важных, и, пожалуй, самый колоритный регион Малайзии. В Джорджтауне проживет около 700 тысяч человек, а вся агломерация Большого Пинанга насчитывает больше двух с половиной жителей, то есть, по размеру она уступает в стране только Большому Куала-Лумпуру. Ну а в 2008 году исторический центр Джорджтауна получил статус объекта Всемирного Наследия. Благодаря чему и попал в мой маршрут. Остров ещё с 1985 года связан с материком длинным мостом (а за полгода до моего приезда построили ещё и второй мост южнее), но я планировал приехать в городок Баттеруорт на материке, чтобы переправиться прямо в Джорджтаун на пароме, ибо автовокзал Пинанга находится где-то на юге острова, рядом с аэропортом, и как оттуда добираться в Джорджтаун, мне было неясно. В итоге, хотя меня и заверили, что автобус довезёт до Баттеруорта, я доехал прямо на остров. Ну ничего, выспросил у местных, на каком автобусе мне доехать до центра, и где сойти. Благо, английским языком в бывшей английской колонии владеют неплохо.

В Пинанге, кстати, немало (ну, по малайским меркам немало) и русских. Заселяясь в гостиницу, я, вручив администратору свой паспорт, был несколько озадачен вопросом, не за визой ли я приехал. Сразу не сообразил, хотя знал про такое явление, как визаран. Экспаты, проживающие в безвизовых странах (например, в Таиланде) могу находиться там без визы ограниченное время: полгода или вообще три месяца. Потом приходится выезжать в соседнюю страну и оформлять визу для дальнейшего пребывания. Те, кто живёт в центре Таиланда, в Бангкоке и Паттайе, ездят, как правило, в Камбоджу. Ну а гостям юга, например, Пхукета, сподручней ездить сюда, в тайское консульство на Пинанге. В итоге я, особо ничего не зная о географии города ухитрился довольно быстро найти улочку Лебух Чулия, на которой сосредоточено довольно много гостиниц эконом-класса. Вот в этой самой D Mo Inn, затёртой между скобяной лавкой и офисом, я и жил. Сейчас в этом месте тоже гостиница, но уже с другим именем, хотя, скорее всего, тоже дешёвая.

воскресенье, 26 июня 2022 г.

Иллюзіи стараго города 2022

Ну что ж, прервёмся в странствиях по тропикам. Пахнущие сиренью и свежескошенной травой знойные дни в районе праздника летнего солнцеворота, известного на севере как Иванов день, знаменуются в Петрозаводске днём города, отмечающимся в последнюю субботу июня. В этот день происходит много разных событий: ярмарки, концерты, открытия новых скульптур и фонтанов, парусные гонки на Онежском озере, так что народу в центре города видимо-невидимо. А одной из изюминок праздника являются «Иллюзии старого города», костюмированное действо, организуемое музеем-заповедником «Кижи». Как-то я про него тут уже рассказывал, хотя бываю на нём не каждый год.


А в этом году вот побывал опять. «Квартал исторической застройки» он же просто старый город - небольшой район со старыми домами XIX и начала XX века, ранее затёртый в углу между устьем Неглинки и Малой Слободской улицей. Собственно, поэтому он и сохранился. В ста метрах шумит главная улица, гуляют туристы, по набережной, а тут были бурьяны над речкой, в которой отдыхала местная клиентура наркологического диспансера, благо, сам диспансер располагался тут же. Ну, потом набережную продлили до устья речки, сам район почистили, примарафетили и сделили его вполне себе аттракционом, куда не стыдно сводить приезжих. Правда, в прошлом году бурьянам и тихому углу пришёл конец – наконец проложили продолжение улицы Куйбышева, которая соединилась с набережной Варкауса, спрямив проезд вдоль озера с севера на юг. Теперь тут шумят машины, когда-то будет ходить троллейбус, и старый город больше не затерянный мирок в уголке, про который не знают диспетчеры такси. Отчасти жаль, ибо эта самая магистраль унесла часть шарма старого города, как затерянного уголка.

вторник, 21 июня 2022 г.

Куала-Лумпур

При помощи самолёта известного авиадискаунтера AirAsia из Вьетнама мы переносимся, собственно, на родину самой AirAsia в Малайзию. Сразу готовимся к контрасту. Перво-наперво, в отличие от полуязыческого Вьетнама, буддистских Таиланда и Бирмы или христианских Филиппин, здесь доминирует ислам, появившийся тут из соседней Индонезии где-то к концу средних веков. Малайский полуостров, болтавшийся эдакой грушей на щупальце, протянутом на юг территорией Бирмы и Таиланда, особым центром цивилизации не был. Он порос джунглями и был разделен на удельные княжества местными царьками. По краям этого дела начали основывать свои поселения португальцы, которых затем вытеснили голландцы, ну а к середине XIX века и тех, и других выгнали англичане. Приходилось читать мнение, что англичане, в отличие от, скажем, испанцев, в колониях делали ставку на труд собственных колонистов, а у аборигенов просто отжимали землю и природные богатства. Ну, в случае с североамериканскими колониями, вероятно, так и было, но у англичан были обширные колонии в тропиках, где простому Джону Буллю работать не земле было довольно трудно. И там, где уже существовало примитивное феодальное общество (в Индии, например), аборигенов пришлось интегрировать в собственные колониальные общественные пирамиды, при это жёстко соблюдая субординацию между колониальным руководством, местными раджами и султанами и собственно трудовым плебсом. Результатом являлся удивительный симбиоз средневековой раздробленности с современной западной «демократией», сохраняющийся до сих пор. Формально Малайзия независима с 1963 года, но странный государственный строй тут продолжает процветать. Это не республика, и не монархия. Страна состоит из тринадцати штатов. Девять из них управляются наследными монархами: в семи случаях это султаны, в одном – раджа, а в штате Негри-Сембилан правитель носит традиционный малайский титул янг ди-пертуан бесар (это не имя – это должность такая). В оставшихся четырёх штатах правят губернаторы, которых назначает федеральное правительство. Каждые пять лет девять монархов выбирают из своей среды Верховного правителя (по-малайски — янг ди-пертуан агонг), и его помощника-заместителя — как правило, из соображений старшинства или длительности правления. Вот такое странное государственное устройство. Но при такой причудливой политической системе, экономическое развитие страны довольно успешное. Малайзия изначально богата природными ресурсами, прежде всего, нефтью и газом, а также железной и оловянной рудой (англичане таки знали, за какие куски хвататься в первую очередь). Ну а с семидесятых годов прошлого века тут произошёл и бум перерабатывающей промышленности – сперва в качестве сборочного цеха японских компаний, а потом и собственных фирм. Малайзия производит продукты машиностроения, полупроводники и прочую высокотехнологичную продукцию. По уровню ВВП на душу населения Малайзия догоняет Россию (а по оценке МВФ так и немного обгоняет), а среди стран АСЕАН она уступает только крошечным Брунею и Сингапуру.


Столица Малайзии Куала-Лумпур, с которого мы начинаем своё беглое знакомство со страной, город по азиатским меркам не очень большой (всего около двух миллионов населения) и весьма современный. Ну, конечно, глупо искать тут средневековую старину, когда фактически он был основан в середине XIX века и первые полвека представлял собой скопление традиционных хижин с крышами из пальмовых листьев. В 1880 годах город стал столицей Селангора, одного из султанатов в английской колониальной Малайзии, ныне один из штатов страны. Старейшие сохранившиеся здания относятся к рубежу XIX/XX веков. Ну а после 1946 года Куала-Лумпур стал столицей сперва колониального Малайского Союза, а потом независимой Малайской Федерации. Прогулку по городу мы начнём с большой площади Мердека, где и находится фактическое сердце города. Ну а на площади, в первую очередь бросается красивое здание в мавританском стиле (впрочем, красивых зданий в мавританском стиле тут несколько. Но это, с покрытыми медными крышами башнями-минаретами, особенно приметное. Здание султана Абдул-Самада. Ничего традиционно-малайского, впрочем, тут нету. Стиль, как я сказал, мавританский, да и архитектор англичанин, Артур Чарльз Норман. Построено было в 1894-97 годах для колониальной администрации Селангора, а затем всей Малайзии. После независимости тут продолжали находиться правительственные учреждения, в частности, суды: федеральный, апелляционный и верховный суд. Впрочем, суды в начале этого века разъехались по новым зданиям, а в здании гнездятся несколько не самых больших федеральных министерств.

понедельник, 13 июня 2022 г.

Нячанг-2014

Нячанг – славный, хоть и не исторический город на берегу синего Южно-Китайского моря. Некогда тут жили тямы, оставившие свои памятники, ну да про это чуть ниже. Вьеты устроили на берегу моря несколько рыбацких деревушек, и не успели обжиться, как пришли французские иколонизаторы. Те сполна оценили тянущиеся на десятки километров песчаные пляжи у подножий зелёных гор. В частности, именно тут проживал до самой смерти уже знакомый нам Александр Йерсен, основавший тут местный филиал института Пастера. Где-то здесь же он высаживал каучуковые деревья гевеи, интродуцированные во Вьетнаме с его лёгкой руки. В 1924 году несколько деревень были объединены в город, получивший название Нячанг. Как считается, слово это происходит из тямского языка и обозначает некий моллюск, в изобилии водившийся в местных реках. К 1937 году городок получил статус муниципии и столицы провинции Кханьхоа.


К нашему времени данный город подрос примерно до 400 тысяч обитателей, не считая заморских (да и вьетнамских тоже) туристов – ведь именно тут находится пляжно-курортная столица Вьетнама, и путёвки в Нячанг вы можете найти в любом российском туристическом агентстве. Ну а в Нячанге, соответственно, вы легко найдёте русских туристов, особенно из азиатской части страны, из Сибири и с Дальнего Востока. И инфраструктура тут развита весьма неплохо, и продолжает развиваться весьма быстрыми темпами, так что тут, речь пойдёт хоть и относительно недавнем, но всё же прошлом Нячанга. Рестораны, экскурсии по окрестностям, аквапарки, дискотеки и ночные клубы – тут всё это есть. Но и кроме этого, в общем, тут есть, что посмотреть, и несколько дней в Нячанге можно провести вполне себе в удовольствие. Это место ничуть не уступает Канкуну или Варадеро. Кроме курортной составляющей в Нячанге опять-таки имеется и научно-образовательная. Тут есть несколько университетов, уже упомянутый Пастеровский центр, институт Океанографии и даже один из филиалов Российско-Вьетнамского тропического центра при институте Северцова. Россияне тут шуршали ещё до туристического центра и даже пускали тут свои корни. Я в Нячанг попал по следам своей сестры, которая навещала какого-то своего знакомого, женившегося на вьетнамке. Это, в общем, уникальный пример, когда наши с сестрой дороги пересеклись, и Нячанг я оценил сполна.

среда, 1 июня 2022 г.

Далат

Город Далат, куда я приехал дневным автобусом из Хошимина, находится в горах примерно в трёхстах километрах от последнего. Общая суть этого города, сделавшая его примечательным, и привлёкшая моё внимание – летняя колониальная столица. Когда в летние месяцы тропические жара и духота становятся для белых колониалистов, родившихся в Европе, непереносимыми, когда на улицу выходишь, как в банную парилку, им надо куда-то бежать от своего бремени белого человека. По счастью, есть горы, где даже в тропиках на высоте около полутора километров над уровнем моря и выше даже в самые жаркие месяцы стоит комфортная для бледнолицых температура в пятнадцать-двадцать градусов Цельсия. Растут, как на родине, сосны, дует лёгкий ветерок – словом, почти как дома, в родной метрополии. И Далат в этом плане не одинок: достаточно вспомнить бирманский Пьин-У-Лвин и филиппинский Багйо. В английском языке даже существует выражение hill station, обозначающее подобные городки. Отыскать подходящее место для летней дачи колониальной администрации в Сайгоне было поручено Александру Йерсену, выдающемуся франко-швейцарскому микробиологу и эпидемиологу, который много лет проработал в Нячанге на побережье (в следующем посте за Йерсеном отправимся в Нячанг и мы). В честь него назван, в частности, возбудитель чумы Yersinia pestis и патогенное заболевание рыб иерсиниоз, портящее немало нервов по работе Кремнёву. Йерсена сюда направил генерал-губернатор Индокитая Поль Думер, ну и посетив места в 1893 году, Йерсен доложил: места превосходные. Строительство, впрочем, несколько раз откладывалось, прежде чем в 1916 году не было официально объявлено об основании нового города. Первый проект, нарисованный французским архитектором Эрнестом Эбраром включал в себя сады, виллы, школы и культурные учреждения, при этом не содержа никакой промышленности, которая  могла бы испортить статут летней столицы колонии. Последующие три десятка лет Далат возводился в своей роли места, где могла бы расслабиться сперва колониальная элита, а затем – элита Южного Вьетнама. С началом Вьетнамской войны в 1964 году Далатский курорт приходит в упадок, но в то же время, не сказать, что ему не повезло, ибо говорят, что за всю войну сюда не упало ни одной бомбы. Возрождаться Далат начал уже в 1980-90-х годах. Сейчас это не только курорт, но ещё и культурный, научный и университетский центр. В окрестностях города выращивают овощи и фрукты, особенно знаменита местная клубника, а также чай и кофе. А вот промышленности, которую сюда не хотел пускать месье Эбрар, тут до сих пор нету. Одно время, впрочем, обсуждалось строительство в районе Далата атомной электростанции, но что-то с проектом пока не срослось. Население Далата – в районе 230 тысяч человек, немного по вьетнамским меркам, но Далат ещё рассчитывает к 2030 году получить статус города центрального подчинения (таковых во Вьетнаме сейчас пять), что, впрочем, упирается в строительство всё той же АЭС.


Происхождение названия Далат точно неизвестно, но предположительно, оно переводится с языка кого-то из горных аборигенов, как «река племени Лат». Неспроста щитодержцами на гербе Далата являются пара нагих туземцев, что смотрится довольно необычно. И к слову о гербе, у также о названии города. Видите, на ленте надпись Dat Aliis Laetitiam Aliis Temperiem? Это латинское выражение, в переводе примерно обозначающее «Подари радость одному человеку, подари здоровье другому» (ну очень курортный лозунг), ну а из первых букв каждого слова складывается, собственно, название города. Такая изящная французская штучка, остающаяся в ходу до сих пор.

пятница, 27 мая 2022 г.

Сайгон-2014

 Как понюхать цветы, отцветшие год назад? А можно ли отведать блюдо, съеденное на позапрошлый новый год? Вот такого рода проблема и возникла у меня, когда я откупорил материалы, отснятые без малого восемь лет назад во время вояжа по трём странам по пути на симпозиум IAVS в Перте. Но, тем не менее, не оставлять же эти фотографии пылиться на дисках, а значит, когда-то надо ими заняться. Так что вот, на очереди – репортажи по путешествию августа-сентября 2014 года. И начать их я решил с Вьетнама.

Вьетнам – безо всяких «пожалуй», моя самая любимая страна в Юго-Восточной Азии, да и в Азии вообще. Сейчас, правда, пока мы пробежимся по нему довольно быстро, поскольку, во-первых, визит 2014 года был довольно ужатым, а во-вторых, через четыре года у меня было гораздо более подробное знакомство со страной, и до этих материалов я тоже рассчитываю в обозримом будущем добраться. А сегодняшнее знакомство мы начинаем с самого большого города Вьетнама, Хошимина, известного также как Сайгон. История Вьетнама вообще достаточно богата и славна, но вот Сайгон, увы, ничем историческим и славным похвастаться не может. Всем известно падение Сайгона в 1975 году, ну а больше мало кто знает. Да, в общем, там и знать особо нечего. В Сайгоне нет ни древней, ни средневековой истории. Неспроста все памятники ЮНЕСКО во Вьетнаме располагаются в северной половине страны. Пока на севере Дайвьет давал отпор Хубилаю, на юге росли леса, да и вьетнамцев там ещё до XVII века не было вообще. Основное население дельты Меконга составляли кхмеры, и именно кхмеры некогда основали в этом районе торговый пост Прей Нокор (собственно, в Камбодже Хошимин так называется до сих пор). Наконец к середине XVII века регион вызвал интерес правителей Аннама из династии Нгуэнов, построившим в 1698 году на месте Прей Нокора свою резиденцию, известную как Гья Динь. 1698 год и считается годом основания Сайгона, и таким образом, Сайгон – примерный ровесник Петрозаводска и бразильских колониальных городков, про которых я рассказывал недавно. Сайгон, как и весь Вьетнам, избежал английского вмешательства в XVIII-XIX веках (англичане сосредоточили свои усилия на более северном Китае и более южной Малайзии), но к середине XIX века тут объявились французы, за полвека подмявшие под себя весь Индокитай. Причём если Камбоджа, Лаос, Аннам и Тонкин имели статус французского протектората, то Кохинхина, с центром в Сайгоне имела статус колонии. Именно при французах город и получил своё самое известное название, по основной версии, составленное из слова «сай», обозначающего ветки, частокол и вообще палки и слова «гон», обозначающего хлопок. Ну а всё вместе название Сайгон, якобы, обозначает «хлопковое дерево», то бишь сейбу, ту самую, которую я видел на Кубе и в Бразилии. Как, однако, тесен наш большой мир.


Столицей Индокитая Сайгон был недолго, с 1887 по 1906 год, но именно этот период дал мощный толчок к его развитию. Французы построили в Сайгоне оперный театр, железнодорожные дороги с вокзалом, собор, почтамт и фешенебельные отели. Несмотря на перенос столицы Индокитая в северный Ханой, Сайгон продолжал развиваться. После капитуляции Парижа во второй мировой город был захвачен японцами, которых трамбовали сводные войска вьетнамских коммунистов и националистов, а к 1945 году в Ханое была провозглашена Демократическая Республика Вьетнам. Французы сперва даже признали её независимость, но менее, чем через год провозгласили Автономую Кохинхину с центром в Сайгоне, потом переросшую в Государство Вьетнам с императором Бао Даем во главе. Так началась Первая Индокитайская война, длившаяся с 1946 по 1954 год. Ну, дальше уже все знают. В 1954 году Вьетнам по итогам Женевского мира был разделён по 17 параллели на северную социалистическую ДРВ и капиталистический Южный Вьетнам, центром которого и стал Сайгон. Все двадцать лет существования его сотрясли разные беспорядки то на религиозной, а то на политической почве. Французов в шестидесятых сменили американцы, но спокойнее не стало. На рубеже 1960-70-х годов добровольцы из USAID характеризовали Сайгон, как «город, превращённый в огромные трущобы». Как писал американский журналист Стэнли Карноу, «Город также страдал от проституток, наркоманов, коррумпированных чиновников, нищих, сирот и американцев с деньгами… это был город черного рынка в самом широком смысле этого слова». Памятное всем падение Сайгона покончило с этим клоповником, хотя в переулках старого города лик старого Сайгона нет-нет, да и покажется вновь. Ну а сам Сайгон в 1976 году был переименован в честь лидера вьетнамских коммунистов Хо Ши Мина. Впрочем, название «Сайгон» тоже довольно активно остаётся в ходу, правда, сейчас оно относится не столько к самому двадцатимиллионному мегаполису, сколько к его относительно компактной исторической части, составляющей один из шестнадцати городских районов Хошимина, и носящий официальное название «Район 1». Вот по нему то сегодня мы и будем, в основном прогуливаться.

среда, 18 мая 2022 г.

Вешние воды

Ну что ж, весна всё-таки приходит и к нам на север. У нас нету ни полян цветущих подснежников, ни степей с тюльпанами. У нас только ещё половодье. Обычно оно сходит к моменту, когда в начале мая вскрывается ото льда Онежское озеро, но в этом году снега было достаточно много, с другой стороны, весна пока довольно прохладная, да ещё тут были несколько дождливых дней. Пару таких дней я не выходил из дома, а потом читал новости, что в Петрозаводске поднявшиеся речки снесли пешеходные мостики, а где-то в пригородах подтопило дороги. Вот так вот. Да тут ещё уровень воды на Лососинном озере поднялся, так что там сбросили часть воды на плотине.


Вчера, несмотря на нехватку солнца, я всё же решил прогуляться вдоль речки. Главная наша речка – не Волга и не Дон, и даже не Москва-река. Её зовут Лососинка, она вытекает из того самого Лососинного озера и имеет длину всего 25 километров, которые петляет по пригородным лесам. Взял я фотокамеру и пошёл на Пригородный мост (невзирая на название, расположен он уже давно не в пригороде) в паре километров от моего дома. Вот она, наша бурная Лососинка.

суббота, 14 мая 2022 г.

Памяти Виктора

Бывают новости плохие. Бывают очень плохие. Бывают просто ужасные, и в наше время больших перемен таких достаточно. А бывают такие, которые бьют как обухом по голове, оставляя вмятины надолго. Эта новость для меня лично была как раз из таких, хотя она уже, в общем, и не новость вовсе. 

Здравствуй, Сергей! Пишет Катя. У нас очень грустная новость. Вити больше с нами нет . После 20 дней в реанимации с пневмонией он нас покинул 23 03.

Это сообщение я получил ещё в апреле месяце от супруги Виктора Пастухова Кати. Я очень долго укладывал эту информацию в голове, и долго вообще сомневался, писать ли про это своём блоге. Всё-таки решился. Не сказать, что мы с Виктором были очень близкими друзьями, но этот человек имел ключевое значение для формирования моего мира после 2010 года, когда для меня изменилось многое. Да и в этом блоге он, казалось, ещё на днях оставлял свои комментарии.


С Виктором я познакомился в 2011 году, когда после первой самостоятельной вылазки в экзотические страны, я начал задумываться над воплощением мечты своих подростковых лет, поездкой в Бразилию.

«Есть такой сайт, Турбина», - советовала мне Лидка Кремнёва. «Зайди, там на форуме есть такой мужик под ником Бразиловед. Поспрашивай его, он в Бразилии шарит». Да, именно на Турбине, как бы ни Виктор, ни я к этому сайту ни относились, мы и познакомились. Сейчас заглянул на форум Турбины, а эта тема ещё жива, хоть и уже закрыта за давностью лет. Потом же кто-то ещё, не помню уже где, тоже рекомендовал мне Виктора, как «Человека, искренне влюблённого в Бразилию, и знающего её досконально». Возможно, именно эта влюблённость в страну Бразилию сблизила нас по жизни. Хотя моя влюблённость носила сперва чисто подростково-платонический характер, в то время как у Виктора Бразилия была выстрадана на тропах собственной биографии.

пятница, 6 мая 2022 г.

Шпрехен зи спаниш?

Давно я ничего не писал по теме занятий иностранными языками. Поскольку никакими иностранными языками я не занимался уже давно. В Европу я уже много лет не езжу, поэтому про их языки можно забыть, азиатскими я заниматься и не пытался (они, в основном, тональные, а стало быть, особо сложные), английский я знаю на достаточном для меня уровне, ну разве что остаются испанский и португальский. Ну вот, где-то после нового года, в связи с намечаемым отпуском в Колумбии, решил я упрочить свои навыки в испанском языке. 


Тут я уже как-то писал про социальную сеть Livemocha и программу Rosetta Stone. Первая, хотя и была славной, несмотря на все свои недостатки, над которыми смеялся и я, к сожалению, приказала долго жить. Потому что её купила как раз вторая, сперва урезала до неприличия, а потом просто закрыла (причём домен до сих пор работает, но перейдя по нему, попадаешь на страницу Rosetta Stone). Им деньги надо делать, к чему им бесплатные платформы, где может практиковаться каждый? Я, конечно, платить им не собирался (можно скачать взломанные курсы от Rosetta Stone), но сама Rosetta Stone для моих нынешних нужд куда как хуже. Нет, она годится для заложения базового уровня при изучении языка с нуля, а у меня задача другая. Базовый испанский у меня есть, и есть давно. Мне надо доводить имеющееся до автоматизма и осваивать неочевидное. А это, увы, можно сделать только с помощью носителей языка.

Тут, вроде, тоже, интернет открывает кучу возможностей. Но, в основном, если у тебя есть бабки. Платных репетиторов и граждан, занимающихся преподаванием языков, не говоря уже про аккредитованные школы, в сети пруд пруди. Но поелику я занимаюсь этим для праздного любопытства, а не для работы или каких-то иных высоких целей, то деньги я платить не готов (это даже если не учитывать отсутствующую, в связи с последними событиями, способность заплатить за рубеж даже небольшую сумму), значит, заодно посмотрим, какие возможности позаниматься языком в сети нахаляву.

среда, 27 апреля 2022 г.

Древлянка II, весна 2022

Ну что ж, в Бразилии хорошо, а дома ещё лучше есть дела. Планета Земля описала ещё половину дистанции вокруг солнца, а значит, пора идти, смотреть, как продолжает, несмотря на все лихие события, строиться Петрозаводск. И вот в воскресный день взял я свой старенький «Пентакс» и поехал на Древлянку II, благо погода как раз была благоприятствующая.


Осмотр традиционно начинаю с Древлянки-9 ака ж/к «Каскад». Десятый дом микрорайона уже близок к завершению, но продолжает строиться, и забор вокруг ещё не убран. Вид со стороны проезда Баскова.

среда, 20 апреля 2022 г.

Вечерний Ору Прету

Вот и подошли к концу мои бразильские репортажи 2021 года. По уже сформировавшейся традиции я заканчиваю их вечерними видами города. На сей раз я не стал менять режим освещения в установках, чтобы оставить теплые тона натриевых ламп. Так фото становятся даже более уютными, хотя естественность цветопередачи, возможно, и страдает. Приятной прогулки по вечернему Ору Прету!


Вид на район возле церкви Зачатия Богоматери от церкви Богоматери Милосердия и Прощения.

пятница, 15 апреля 2022 г.

Ору Прету, дубль два, часть вторая

Надо сознаться, что несмотря на то, что интерес к Бразилии у меня был ещё со школьных лет, про Ору Прету я услышал довольно поздно. Кажется, перед первой поездкой в Бразилию. Я тогда скачал документальный фильм, в котором рассказывались истории нескольких живущих в Бразилии людей, например, торговца-кабокла, плавающего на небольшом судне по дебрям Амазонки или девушки-пилота вертолёта из Сан Паулу, которая сдаёт экзамены в авиационную академию. Название фильма, к сожалению, не помню, да и сам фильм после винчестерных катастроф у меня не сохранился, и найти его заново не удалось. Жаль, пересмотрел бы сейчас с удовольствием. Одна из историй была про девочку-полусироту из Ору Прету, которая готовится к празднованию пасхи в городе. Пожалуй, это был самый интересный сюжет в фильме. Я, вообще, к религиозным вещам равнодушен, но смотрел, как зачарованный, на ковры из крашеных опилок, которые насыпают на улицах (потом я подобные ковры видел в Перу), на детишек в костюмах ангелов, на процессию людей в балахонах, и всё это на фоне прекрасного старинного города с вычурными церквями, белыми домиками с большими окнами и балконами и узких кривых улочек. Ну, потом то я видел Ору Прету в «Золотом глобусе» уже как старого знакомого. Да, пасха, в особенности, святая пятница («сешта-фейра санта») в Ору Прету – такие же знаковые дни, как карнавал в Рио. Хотел бы я это увидеть воочию, но это очень трудно, ибо на пасху сюда приезжают десятки и сотни тысяч людей, а город здорово не резиновый. В Рио на карнавал, пожалуй, попасть проще. Завидую, тем, у кого есть там знакомые.


Минас Жерайс – это сплошные спуски и подъёмы. Прямо как моя жизнь ©  Леандро Рейс.

Леандро – мой знакомый по одной языковой соцсети. Он живёт в Гоянии, зарабатывает на хлеб преподаванием португальского языка и латыни и тащится от России. Естественно, я ему не мог не продемонстрировать свои фото из бразильских вояжей. Чем вызвал вот этот меткий комментарий. Да, Гояс, конечно, по сравнению с Минасом куда как более плоский. А Минас – это сплошные спуски и подъёмы, особенно в южной и центральной части, где и сосредоточены его исторические города. В этом то и есть шарм, хотя попотеть при прогулках по его красотам, конечно, придётся. Зато вознаграждением будут прекрасные виды. Сегодняшнюю прогулку мы начнём с похода за этими самыми в идами в район под названием Баушита, то есть, Боксит. Да, я упоминал, что в Ору Прету разрабатываются бокситы, а в соседнем с Баушитой промышленном районе Сараменья работает алюминиевый завод. Расположена Баушита на южных склонах соседней горы, отделённой от центра Ору Прету долиной речки Фунил. Я жил в самой долине, буквально рядом с речкой, так что спуска по пути избежал. А вот подниматься пришлось по полной программе, примерно на 160 метров вверх, судя по цифровым картам, на самую вершину горы Морру ду Крузейру. Взгромоздился. Цель моего захода – кампус Федерального университета Ору Прету UFOP.

четверг, 7 апреля 2022 г.

Ору Прету, дубль два, часть первая

Ну, вот наше путешествие подходит к своей развязке, а заодно к своему апогею. Ибо рассказывая о колониальном Минас Жерайсе, можно обойти многие темы. А вот без Ору Прету обойтись никак нельзя. Объект такого масштаба является воистину крупнейшим алмазом в короне Минаса и обязателен к посещению, желательно, неоднократному.

…Рождение Ору Прету пришлось всё на те же годы начала XVIII века после того, как в горах Минаса были обнаружены первые золотые месторождения, а первые золотые ручьи на территории нынешней муниципии были найдены в 1695-98 годах. Вслед за бандейрантес из Таубате, сюда хлынули толпы авантюристов из Байи и Пернамбуку. Первая деревня тут была основана весьма вскоре после Вилы ду Карму, о которой я рассказывал в прошлый раз, паче и расположена она была всего в двадцати километрах от оной. Деревню, вобравшую несколько старательских лагерей, назвали Вила Рика ди Албукерки, ну а впоследствии её имя удлинили до Вила Рика де Носса Сеньора ду Пилар де Ору Прету, то есть, Богатая деревня Богоматери Столпа из чёрного золота. «Чёрное золото», сохранившееся в названии города до сих пор, происходит из того факта, что местные золотоносные породы обильно смешаны с оксидами железа (вы ведь помните, что в Мариане до сих пор добывают железную руду?), придававшими самородкам тёмный оттенок. Старатели «чёрного золота» спускались с гор, окружавших Минас, брали семьи, рабов, горный инструмент, пересекали леса, переходили вброд могучие реки и сражались с индейцами, изгнанными сюда с побережья. Монахи бежали из монастырей, землевладельцы бросали плантации, одержимо озирая земли Минаса, сулившие богатства, доступные без борьбы и труда. В 1720 году Вила Рика была определена в качестве столицы нового капитанства Минас-Жерайс


Уже к 1730 году население муниципии Вила Рика (впрочем, тогда включавшей ещё Ору Бранку, Итабириту и Конгоньяс) составляло около 40 тысяч человек (не знаю, впрочем, учитывала ли эта цифра рабов), а ещё через десять лет – 80 тысяч. Сейчас это число особого почтения не внушает, но в то время население Нью-Йорка, самого большого города Северо-Американских Соединённых Штатов, было вдвое меньшим, а население сегодняшнего мегаполиса Сан Паулу составляло всего восемь тысяч человек. Вила Рика, без дураков, был самым крупным (хотя размеров Потоси XVII века ему достигнуть и не удалось) и самым богатым городом Западного Полушария. Всего за колониальные времена отсюда в метрополию было вывезено свыше 800 тонн золота. А в обратном направлении ехали художники, архитекторы и скульпторы, возводившие на склонах гор чудесные здания. Исчерпания месторождений к концу XVIII века Вила Рика избежала: то ли золота тут было побольше, чем у соседей, а то ли сыграли свою роль столичные функции, ибо к XVIII веку Вила Рика была одним из общепризнанных центров политики, экономики и искусства. В 1823 году, после провозглашения Бразильской империи, Вила Рика получила статус имперского города, каковой присваивался лично императором Бразилии в честь особых заслуг перед страной. Городов с этим статусом в Бразилии было всего пять. Кроме Ору Прету это были Сан Паулу, Монтевидео (да, в 1825 году нынешняя столица Уругвая, как и весь Уругвай, также относилась к Бразильской империи), Нитерой и неожиданно знакомый нам Сан Луис ду Параитинга. Тогда же город получил своё нынешнее имя. В 1839 году здесь была основана фармацевтическая школа, которая считается первой фармацевтической школой в Южной Америке. Ну а в 1876 году тут появилась первая школа горного дела. Оба учебных заведения существуют до сих пор, правда уже в рамках Федерального университета Ору Прету, но про него мы поговорим в следующий раз. С городом связаны имена десятков людей, составляющих золотой фонд бразильской нации, от уже знакомых нам Алейжадинью и Тирадентиса, а также автора «Изауры» Бернарду Гимарэнса, до президента Жетулиу Варгаса, пионера авиации Алберту Сантус Дюмонта и целого ряда не столь известных в России политиков, художников, музыкантов.

По иронии судьбы, конец имперского Ору Прету, как одного из важнейших городов Бразилии, пришёл одновременно с концом империи. В 1897 году, как мы знаем, столица Минаса Жерайс была перенесена в Белу Оризонти. Население Ору Прету быстро сократилось – сам великолепный город начал считаться символом косности и отсталости. В итоге первую половину XX века Ору Прету практически не развивался. Что, впрочем, изрядно помогло ему во второй половине XX века. Статус национального памятника он получил в 1933 году, при Жетулиу Варгасе, а в 1938 году, одним из первых он был объявлен историческим городом IPHAN. Ну а в 1980 году Ору Прету стал первым бразильским объектом, внесённым в список Всемирного Наследия ЮНЕСКО, открыв дорогу всем прочим памятникам, которых сейчас в национальном списке уже двадцать два.

Современный Ору Прету, в общем, может и не очень велик по масштабам: население муниципии составляет около 70 тысяч человек, а в самом городе живёт около 41 тысячи. Экономически город держится на двух столпах. Во-первых, горная промышленность: здесь добывают железную руду, бокситы, марганец, тальк, мрамор, слюду, ну и конечно, золото. На весь мир известны оранжевые «императорские» топазы, которые сейчас добывают практически исключительно в муниципии Ору Прету. Ну и во-вторых, это туризм. Город стратегически удачно расположен между Белу Оризонти, Рио де Жанейро и Сан Паулу, так что его осмотреть его приезжают сотни тысяч туристов, как из Бразилии, так и со всего мира. Ведь тут есть, на что посмотреть. Одних барочных церквей тут больше двух дюжин.

среда, 30 марта 2022 г.

Вечерняя Мариана

По вечерней Мариане, надо сказать, мне погулять особо не удалось. Первый вечер пропал, ибо в Мариану я прибыл позже рассчётного из-за сломавшегося автобуса, а когда собрался наконец пойти погулять и перекусить, город накрыло дождём. Во второй вечер прогулка была, но несколько короче, чем хотелось бы, к тому же помешали кое-какие события, ну да про них выше. Снимков сделал немного, тем не менее, среди них есть очень неплохие (ну ладно, просто такие, которые мне нравятся), так что посту про вечернюю Мариану быть.


После дневной прогулки я перекусил и вернулся в гостиницу, и вовремя, ибо небо затянуло тучами и пошёл дождь. Но уже часам к пяти вечера дождь прошёл и небо начало рассеиваться. Я вышел погулять пораньше, где-то за час до заката, ибо над Марианой появилась красочная радуга.

четверг, 24 марта 2022 г.

Мариана, дубль два

Колониальные городки Минаса, хоть и очень похожи своими пряничными домиками, расставленными по склонам, но каждый из них всё же имеет своё лицо, и у каждого имеется что-то особенное. Наш сегодняшний герой – городок Мариана, расположенный в 75 километрах (115, если мерить по дороге) к юго-востоку от Белу Оризонти. Этот тоже совершенно особенный город. Как и его собратья, Мариана была основана во времена золотой лихорадки в Минас Жерайс. И именно она и была первым местом, откуда эта самая лихорадка и началась. Бандерйанте из Таубате начали активно шуршать по территории нынешнего Минаса уже в конце XVII века, хотя изначальным объектом их вылазок были поселения индейцев, которых колонизаторы использовали в качестве рабов. Впрочем, про эту задачу довольно скоро забыли, когда в речке Риу ду Карму охотниками за головами был найдено золото. Первый лагерь золотоискателей под названием Арраял Рибейран ду Карму был разбит именно тут в 1696 году. В 1711 году бывшему лагерю был присвоен статус деревни под именем Вила ду Рибейран де Носса Сеньора ду Карму, уже через год сократившимся до Вила Реал ду Карму, и это была первая деревня на территории нынешнего Минаса и местный административный центр. Так что в 1720 году Вила Реал стала центром новообразованного капитанства Минас Жерайс. А в 1745 году она же, первой в землях Минаса получила статус города и имя Мариана, в честь Марии Анны Австрийской, супруги упоминавшегося здесь португальского короля Жуана V и матери короля Жозе I. Таким образом, Мариана была и остаётся первой деревней в Минас Жерайс, первым городом и первой столицей штата. Можно сказать, отсюда и начался Минас, каким я его знаю.


Со столичным статусом Мариана, правда, довольно быстро рассталась (про это будет скоро), а золотые прииски, в основном исчерпались к XIX веку, хотя добыча золота тут существует до сих пор, в том числе и видных прямо в городе формах, ну да про это ниже. Но Мариана до сих пор важный горнодобывающий центр, добыча полезных ископаемых составляет свыше 80% её валового продукта. Хотя на смену золоту пришла железная руда – Мариана входит в регион так называемого «железного четырёхугольника», обеспечивающего около 60% добычи железных руд в Бразилии. Железо из Марианы идёт не только на бразильскую металлургию, но и на экспорт. По показателям ВПП на душу населения Мариана занимает пятое место в Минасе и двадцать пятое место в Бразилии. Текущее население муниципии – около 60 тысяч человек, впрочем, население довольно обширно раскидано по районам и шахтным выселкам, как это и бывает в горнопромышленных городах. Мариана - это также и университетский центр, тут находятся два института социальных и гуманитарных наук, относящихся к Федеральному университету Ору Прету. Развивается и туризм, хотя надо сказать, тут Мариана также в значительной степени подчинена Ору Прету, ну да что поделать, Ору Прету – это объект слишком большого масштаба, и про него мы поговорим позже.

Десять лет назад я здесь уже был, заезжал на денёк из Ору Прету, но этого явно было недостаточно. Отсюда и резкое желание посетить Мариану ещё, и на сей раз, даже в ней переночевать. Десять лет назад я вошёл в Мариану пешком, поскольку сперва посетил золотую шахту в Пасажен ди Мариана , Въезд, надо сказать, не особо изменился – всё это я видел и в прошлый раз.

вторник, 15 марта 2022 г.

Серру

Городок Серру затерялся (на сей раз этот эпитет вполне употребим) в горах Минас Жерайс примерно в 160 километрах к северо-востоку от Белу Оризонти и в 45 километрах на юго-восток от Димантины. От столичного региона он отделён горным хребтом Серра ду Сипо, и крупных дорог мимо него не проходит. Как нет тут и огромного числа туристов, особенно иностранных. Впрочем, что уж говорить, когда иностранцев почти нету и в имеющей статус памятника Всемирного Наследия Диамантине. В путеводителе «Лонли Плэнет» про Серру мелким шрифтом выражено сожаление, что туристический статус города не соответствует его потенциалу, и именно это сожаление и привело к тому, что данный пункт возник в моём маршруте, и после Диамантины я, наконец, направился осмотреть что-то совсем для себя новое, о чём не пожалел. Серру, безусловно, занял своё место в моей душе среди россыпи колониальных городов Минейры.

Возникновение Серру, как и других его колониальных собратьев, относится к началу XVIII века, когда в землях, имеющих индейское имя Ивитуруи, был основан лагерь бандейранте. «Ивитуруи» в переводе с тупи обозначает «Ветер холодного холма», ну а сам лагерь получил длинное португальское имя Арраял ду Рибейрон дас Минас ди Санту Антониу ду Бом Ретиро де Серру ду Фриу, в конце которого виден всё тот же «холодный холм», точнее, гряда холмов, ибо слово serro дословно переводится с португальского, как пила. Лагерь достаточно быстро превратился в деревню, которая с 1714 года получила название Вила ду Принсипи, в честь какого-то принца, подозреваю, что всё того же Жозе, в честь которого изначально был назван Тирадентис. К 1720 году деревня была центром огромного региона Серру Фриу, покрывавшего, значительный кусок Минас Жерайс. Важным для Серру Фриу моментом оказалось то, что, кроме золота, тут были найдены месторождения алмазов, крупнейшим из которых был уже знакомый нам Тижуку, впоследствии превратившийся в Диамантину. Но даже превосходя по своему экономическому значению Вила ду Принсипи, Диамантина была подчинена Серру административно. Кроме золотых приисков, в Вила ду Принсипи был основан литейный дом, в который доставлялось золото со всего региона.


Золотых копей Серру Фриу, впрочем, также хватило всего где-то лет на сто. В начале XIX века город начал погружаться в провинциальную дрёму. Побывавший в 1817 году в поселении французский натуралист Огюст де Сент Илер описывал его так: «Вила-ду-Принсипи включает около 700 домов и население от 2500 до 3000 человек. Он занимает удлиненный изогнутый холм, и дома, утопающие в садах, рассыпаны по нему амфитеатром, его разбросанные церкви образуют ансамбль с весьма приятным видом, который можно рассмотреть с близлежащих возвышенностей… Здесь есть два постоялых двора и около 15 торговых домов, почти все товары импортированы из Англии… В деревне не было фонтанов, и водоснабжение осуществляли рабы, приносившие из ручья в долине бочки с водой. Здесь не было никаких увеселительных заведений, и единственной забавой была охота на оленя, обычная практика в этом регионе».

Впрочем, статус регионального центра привёл к тому, что в первой половине XIX века Вила стала родиной целого ряда известных местных политиков и юристов, самым известным из которых является Теофилу Оттони. В 1838 году Серру получил статус города и своё текущее имя. Впрочем, значение его продолжало падать. Городок не нашёл второго дыхания в сельскохозяйственной, промышленной или коммерческой деятельности, сюда так и не была проведена железная дорога, и он просто погрузился в сон в горах Серра ду Эспиньясу. Как это часто бывает, это и помогло ему сохраниться в первозданном виде, и даже обеспечило его уникальность. Именно Серру оказался первым городом всей Бразилии, получившим в 1938 году статус исторического города IPHAN, опередив в этом такие признанные жемчужины, как Салвадор, Ору Прету или Олинда. Почему так получилось, я сказать не могу. Но что город своё место в списке исторических памятников вполне оправдывает, это точно. Удивительнее, что при этом на памятник Всемирного Наследия ЮНЕСКО его почему-то не выдвигают. 

Сейчас в Серру около двадцати тысяч жителей. Городок известен производством местного сыра и пытается раскрутиться, как местный туристический центр, хотя монстрам типа Тирадентиса или Ору Прету пока заметно уступает. Но потенциал у него неплохой: кроме сыра и исторического ландшафта, который мы сейчас будем рассматривать, в окрестностях есть около сотни водопадов, горный заповедник Пику да Итамбе и отдалённые районы, связанные с добычей драгоценных камней.

понедельник, 7 марта 2022 г.

Вечерняя Диамантина

Пять лет назад, гуляя по ночной Диамантине, я мог только пожалеть, что у меня нет штатива. Ибо сказочная атмосфера в городке с приходом темноты не только не ослабевает, а даже усиливается. И вот сбылась мечта идиота, я гуляю по Диамантине с фотоаппаратом на штативе. Добро пожаловать в вечернюю сказку. Эти места при свете дня я уже показывал, теперь покажу при свете фонарей.


Прогулку начну сразу после захода солнца в точке, где с площади Жуселину Кубичека выходит Руа Дирейта. Важным наблюдением в прошлом году оказался светофор, расположенный в этой точке, где улица резко сужается и поворачивает, так что, подъезжая к этой точке, ты не видишь, кто едет навстречу. Мне казалось, что там светофора раньше не было. Ан нет, был, хотя, видимо, не работал. Теперь вот работает. Кстати, выше на Руа Дирейта есть ещё светофор, и вот он то не работает и сейчас.

четверг, 3 марта 2022 г.

Просто Диамантина

А это вовсе не ремейк, и даже не добавка. Ибо подробный пост про Диамантину был в общем-то, совсем недавно, и почти ничего нового я к нему добавить не могу. Строго говоря, я в Диамантину мог вообще в этот раз не заезжать, но поскольку главной целью моего отпуска было получить позитивные эмоции, а не посетить как можно более мест, то я это сделал. И наделал кучу фоток. Ну, не пропадать же им, паче там есть действительно хорошие. Так что просто пост с картинками, а текст никому всё равно не нужен.


Пару недель назад в одной языковой соцсети (про неё я когда-нибудь расскажу) ко мне на страничку зашла женщина из Венгрии, которая прокомментировала моё фото из Диамантины словами «Домики из книжки сказок!» Ну, если кто читал мой пост ранее, то знает, что у меня была ровно та же ассоциация.

среда, 23 февраля 2022 г.

Белу Оризонти, добавка

Продолжаем гулять по солнечной Бразилии, Бразилии моей. Вот этот пост уже нельзя рассматривать, как римейк. Во-первых, был я в Белу Оризонти не так давно, а писал пост про сей город и вовсе недавно. Во-вторых, хотя и побывал там за отпуск ажно три раза, но в основном, пробегом. Переночевал только один раз, а один раз даже и из автовокзала не вышел. И хотя повидал даже кое-что новое, например, Сидаджи Административа, последнее творение Оскара Нимейера, но видел я его из окна автобуса и даже не сфоткал. Так что фоток вообще не так много. Ну, чего то я в прошлый раз не видел, что-то видел, но не снял, а что-то появилось временно именно в конце прошлого года, так что вот вам добавка. Добавка к этому посту.


Отсчётной точкой моих прогулок, по понятной причине, был автовокзал Белу Оризонти, ибо даже когда я останавливался в гостинице, она была недалеко от него, ведь автовокзал – традиционно одно из мест сосредоточения дешёвого жилья в бразильских городах. Кроме того, это удобно для ориентации. Не то, чтобы с порога огромного автовокзального комплекса, но с площади перед ним начинается белуоризонтский «бродвей» – авенида Афонсу Пена, широкая улица, названная в честь местного политика,  министра из правительства короля Педру II, в начале XX века ставшего президентом Бразилии. Ну а с 1892 по 1894 год он занимал пост губернатора штата Минас-Жерайс, причём он был первым избранным губернатором штата. И перенёс столицу штата из Ору Прету в Белу Оризонти тоже он. А улица – главная в городе, на ней находится, в частности, мэрия.

среда, 16 февраля 2022 г.

Сан Жуан дел Рей, вечер

Ещё один город засыпает… Хотя нет. Это город достаточно большой, чтобы ложиться поздно. Делая вечерние снимки Сан Жуан дел Рея я неоднократно вспоминал Кампече, где большинство вечерних снимков пострадали от фар проезжающих машин. Хотя, справедливости ради, в Сан Жуане машин вечером было не столь много, да и булыжные переулки исторического города для интенсивного движения всё-таки не очень приспособлены.


Вот о чём жалею, что не сделал вечернего снимка церкви Святого Франциска. В первый вечер я гулял по левобережью, и не столь долго, уже в восемь с копейками я пошёл пить пиво, а на следующий вечер длинной прогулки тоже не получилось – пошёл дождь. Пришлось свернуться и опять пойти пить пиво. Самый вечерний снимок Святого Франциска был снят в шесть с копейками, снимал с рук, так что в нём высокое ISO и были сильные шумы. С грехом пополам почистил их в фотошопе, но всё равно смотрится так себе.

суббота, 12 февраля 2022 г.

Гиперборея-2022

Ну что, после прошлогоднего перерыва, который вышел с репортажами о конкурсах снежных и ледовых скульптур на фестивале «Гиперборея», прерываюсь с бразильскими репортажами. По изначальным планам должна была приехать из Москвы сестра, и мы должны были пойти посмотреть на скульптуры, но увы, за три дня до выезда сестра таки словила пресловутый «омикрон», и все мероприятия культурного и бескультурного плана в Петрозаводске пришлось отменить. Реально, я ещё вчера думал, идти или нет. Ибо на этой неделе заболеваемость КОВИДом в Карелии дошла почти до 1200 случаев в сутки (предыдущий пик в декабре 2020 был 470 случаев), и толпа будет не только мешать фотографировать, но и представлять инфекционную угрозу. В конце концов решил довериться природе: если с утра будет солнце, то попробовать прийти пораньше.


Ну, как задумал, так и сделал. Где-то в полдесятого, пока толп ещё не было, прискакал. Зато был лёгкий морозец и солнышко. Последнее радовало и помогало против вируса, но фотографировать помогало не всегда, ну да ладно.

пятница, 11 февраля 2022 г.

Сан Жуан дел Рей, дубль два

Это тоже ремейк поста десятилетней давности, точнее, даже трёх постов, ибо в Сан Жуане тогда я провёл времени несколько побольше. Переезд в Сан Жун дел Рей будет совсем недалёкий. Всего семь километров на пригородном автобусе. Он поминался в постах про Тирадентис неоднократно, да и как его избежишь, ибо Тирадентис фактически является пригородом Сан Жуана, и, следуя в первый, неизбежно проезжаешь второй, да и в истории они тоже где-то рядом.


Точный год основания Сан Жуана также неизвестен, вероятно, он относится к 1701, 1704 или 1705 году. Но скорее всего, это было уже после основания Тирадентиса, поскольку первый лагерь бандейрантес, из которого вырос Сан Жуан, назывался Арраял Нову ду Риу дас Мортис, то есть новый лагерь. Старым был, соответственно, просто Арраял ди Сан Антониу, то есть, нынешний Тирадентис. Так же как и старый, новый лагерь располагался в стороне от Риу дас Мортис, на берегах ручья Коррегу дас Леньейрас, где, собственно, и было намыто первое золото. В 1707-1709 годах Арраял был одним из плацдармов стычек между Паулистанскими бандейрантами и старателями из колоний Северо-Востока, известных, как «война эмбоабов». В 1713 году лагерь получил статус деревни, а заодно имя Сан Жуан дел Рей. Как и в случае с Сан Жозе дел Рей, имя святого тут было выбрано в честь августейшей персоны – короля Дона Жуана V, правившего с 1706 по 1750 год, а заодно отца Жозе I, про которого я рассказывал в прошлый раз.

Вот давно мне интересно, откуда в названии города взялось это испанское «дел», образующееся при слиянии притяжательного предлога de и определённого артикля el. В португальском языке есть такое же слияние, но определённый артикль мужского рода тут выглядит как «о». То самое слияние должно выглядеть, как do и звучать, как «ду». В чём дело?

УПД из 04.05.22. А дело оказалось вот в чём (спасибо Леандро Рейсу, который мне это объяснил): пост-титул del-Rei относится вовсе не королю как таковому, а к бандейранте из Таубате по имени Томе Портес дел Рей, которого считают основателем города, и который, скорей всего, имел испанские корни. Как-то я это факт во время исторического экскурса из виду упустил.

Похоже, золотые прииски Сан Жуана оказались помощнее, чем в Сан Жозе, ибо в XVIII-XIX веке это был второй по значению город Минас Жерайс, уступавший по масштабам только столице штата, блистательной Вила Рика. Исчерпание золотых шахт Сан Жуан пережил куда успешнее своего соседа, он не был отброшен в безвременье, а успешно стал крупным торговым, а затем и промышленным узлом юга Минаса. Следы XIX века в Сан Жуане видны не в пример лучше, чем в Тирадентисе, что я весьма скоро продемонстрирую. Город был своего рода «почти столицей» штата, и возможность переноса столицы из Ору Прету сюда, прежде чем был основан Белу Оризонти, рассматривались вполне серьёзно. В XX веке значение Сан Жуана несколько уменьшилось, сейчас он не входит в десятку самых крупных городов штата, но всё равно в нём имеется определённый промышленный потенциал (объекты текстильной, металлургической и химической промышленности), и потенциал интеллектуальный – в городе работает Федеральный университет Сан Жозе и ряд филиалов вузов поменьше. Один из знаковых бразильских политиков XX века являлся уроженцем Сан Жуана, ну да про это мы ещё не раз вспомним сегодня. При этом город, собственно, не особо велик – текущее его население оценивается всего в 90 тысяч.

суббота, 5 февраля 2022 г.

Вечерний Тирадентис

Фрагмент, посвящённый Тирадентису в эпизоде «Золотого глобуса», просмотренный мной ещё до первой поездки в Бразилию. заканчивался на ночных улочках при свете фонарей. Диктор несколько раз повторяет штамп о том, что в этом городе время приостановило свой бег и демонстрирует тёмные безлюдные улочки, на которых единственным звуком является эпизодический лай собаки.


Ну как я мог пропустить такой аттракцион?! Да ни за что на свете. И фотоаппарат со штативом с собой взял. Город засыпает, просыпается мафия…

суббота, 29 января 2022 г.

Тирадентис, дубль два!

 Переходим к главному блюду моего путешествия, колониальным городкам Минас Жерайс. В штате их целая россыпь (гораздо больше, чем я посетил), и у каждого, несмотря на общие обстоятельства рождения, своя история и свой уникальный характер. Посмотрим, удастся ли мне его раскрыть в своих заметках. Ну а почему «дубль два» …  Да потому, что почти всех я посещал по второму разу, и Тирадентис тоже, репортаж про него вы можете найти в ленте путешествий десятилетней давности. И не то, чтобы Тирадентис за десять лет сильно изменился (напротив, его фича во многом в том, что он не меняется веками), но сильно изменился я и мои навыки ведения блога. У меня изменилась манера изложения, я надеюсь, что набил руку и в фотографиях, да даже и фотоаппарат у меня другой, чем был тогда: десять лет назад я снимал ещё на Pentax К-20, потом перешёл на более наворочанный К-5. К тому же в 2011 году я заехал в город всего на один день, а в 2021 уже переночевал, и не один раз. Да и погода во второй визит была существенно лучше. Можете сравнить, есть ли прогресс за десять лет. Мне кажется, что есть.


Тирадентис расположился на юге штата Минас Жерайс, в регионе, имеющем название Вали ду Риу Гранди. Риу Гранди значит, «великая» или просто «большая река», и топонимов «Рио Гранде»/«Риу Гранди» навалом по всей Латинской Америке, начиная прямо от границ США. В Бразилии есть ажно два штата с разных концов страны, которые различают по дополненному обстоятельству: Риу Гранди ду Норти (то есть, северная) и Риу Гранди ду Сул (южная). Примечательно, что к Риу Гранди, которую я пересёк по пути из Сан Висенти в Тирадентис, ни та, ни другая отношения не имеют. В месте, где я её переехал она ничем особенно не выделялась, но вообще река важная – она имеет длину свыше 1200 километров и на стыке штатов Мату Гросу ду Сул, Минас Жерайс и Сан Паулу, сливаясь с Паранаибой (не путать со знакомой нам Параибой!) даёт начало второй по величине реке Южной Америки Паране. Но для нас сейчас важнее другая речка, Риу дас Мортис, один из правых притоков Риу Гранди, берущий начало у знакомой нам по «Рабыне Изауре» Барбасены и протекающей через городки, куда я и ехал. Между этой самой речкой в её среднем течении и обрывистой горной грядой Серра ди Сан Жозе и находится Тирадентис. Примечательной чертой города является то, что он рождался несколько раз. Во многих источниках годом его основания числится 1718 год, но это не совсем верно, поскольку в городе есть сооружения с более ранней датой постройки. Первый же лагерь бандейрантес из Таубате под руководством Жоао ди Сикейра Афонсу, названный Арраял де Сан Антониу, подле обнаруженного здесь золотого прииска, видимо, относится к 1702 году. Грубо говоря, это ровесник Питера и (простите) Петрозаводска. В 1718 году посёлок получил статус отдельного муниципалитета с длинным названием Вила ди Сан Жозе ду Риу дас Мортис, впоследствии сокращённого до Сан Жозе дел Рей. Имя святого Иосифа (то есть Жозе) являлось данью уважения четырёхлетнему португальскому принцу, который через тридцать лет станет королём Доном Жозе I и немало насолит Минейре, ну да про это ниже. Золотое месторождение у гряды Сан Жозе, видимо казалось весьма обильным, что способствовало строительству прекрасного города, но довольно быстро исчерпалось, что способствовало его забрасыванию, а стало быть, лучшей сохранности. Муниципия была упразднена и восстановлена в 1849 году путём отделения от соседнего Сан Жуан дел Рея. В 1889 году Сан Жозе получил своё нынешнее броское имя, про это будет чуть ниже. А последнее рождение Тирадентис пережил в середине XX века, когда город получил статус памятника IPHAN, уже поминавшегося в моём блоге национального Института исторического и художественного наследия. Городок очень полюбился творческой интеллигенции: художникам, модельерам, театралам и кинематографистам. Ну а самое главное – он очень полюбился туристам, сперва бразильским, а затем и иностранным. Сюда приезжают десятки, а то и сотни тысяч посетителей, кто на день, а кто и на несколько. К моему удивлению, статуса памятника Всемирного Наследия Тирадентис до сих пор не имеет, довольствуясь статусом исторического города IPHAN. Ничуть хуже от этого город не становится.

суббота, 22 января 2022 г.

Сан Висенти - просто глубинка

Тамбов на карте генеральной
Кружком означен не всегда;

Сегодня будет уникальный пост. За время существования своего блога я рассказал о значительном количестве важных узловых городов, столиц стран и регионов и туристических достопримечательностях. Как, собственно, поступают все авторы тревел-блогов. Сегодня рассказ о просто небольшом захолустном городке, который легко можно обойти, прокладывая маршрут, про который и рассказать то, в общем, особо нечего, даже на автодорожной карте Бразилии, которая висит у меня в кабинете на стене, он отсутствует. Я попал в Сан Висенти ди Минас почти случайно, использовав его в качестве «аэродрома подскока» по пути из Таубате в долину Риу Гранди. Обычно, прокладывая маршрут, в качестве пунктов пересадки рассматриваются большие транспортные узлы, в которых сплетаются десятки маршрутов. У меня опыт прокладки маршрута с провинциальными пересадками был пока только один. В 2017 году на Филиппинах я пытался из Бонтока в горах доехать в Виган на побережье на местных маршрутках с двумя пересадками, первая из которых должна была быть в маленьком городке Сервантес, а вторая – и вовсе на перекрёстке, где машины с гор выезжают на трассу Манила-Лаоаг. Собственно, неудачу я потерпел сразу, когда оказалось, что утренняя маршрутка из Бонтока в Сервантес по воскресеньям не ходит. Фактор воскресного дня, на самом деле, весьма существенен, когда ты планируешь остановки в глубинке, в чём я ещё раз убедился в Сан Висенти. Пришлось делать большой крюк с заездом в столицу горной области Багио, а в Виган я в итоге попал на сутки позже. Сходным образом, в ближайшие к Таубате Тирадентис и Сан Жуан дел Рей я мог попасть с пересадкой в Сан Паулу или Белу Оризонти. В любом случае, это означало бы приличную добавку и по времени езды, и по деньгам. Но палец Виктора указал на точку в южном Минасе, куда ходил дневной автобус из Сан Паулу, проходивший через Таубате, и откуда ходил ежедневный утренний автобус прямо в Сан Жуан дел Рей.


И вот я уже сижу в «Комете», правда, на сей раз не теплоходе на подводных крыльях, которыми я, бывало, ездил из Петрозаводска в Заонежье, а в автобусе одноименной компании. Автобус подозрительно полон, что в эпоху ковида не совсем радует, хотя на всех надеты маски. Долго едем по знакомым ландшафтам долины Параибы, но уже за городком Крузейру автобус сворачивает в горы, въезжает в плотные облака, а дальнейшее мне напомнило сцену из «Кролика Роджера», где Эдди в компании Кролика через туннель въезжают в Мультаун. За перевалом нас ждало синее небо, яркое солнце и красные черепичные крыши. Улыбайтесь, вы в Минас Жерайс. Мы проезжаем Пасса Куатру, Сан Лоренсу, Кашамбу – названия, которые ближайшие недели я буду каждый день читать на бутылках минеральной воды. Собственно, после Сан Лоренсу автобус очистился наполовину, а вторая половина, в основном, вышла в Кашамбу. Очевидно, что основное предназначение этот маршрута – связать Сан Паулу с местными минеральными водами. Но на этом он не заканчивается, а уходит в зону сельского хозяйства с полями кукурузы и пастбищами на не то низких горах, не то на высоких холмах.