Почему Бразилия?

Ну а теперь маленькое последствие сентября. На свой пятидесятилетний юбилей на работе я делал презентацию с экскурсом по своей биографии, в особенности, тех вещей, которые мои коллеги не видели. Этот кусочек тоже был там, и прежде, чем стереть эти картинки с винчестера, я подумал, а почему бы не использовать их для блога?

Итак, почему, Бразилия. Причин, на самом деле, не так мало. Начать с того, что с самого раннего возраста я обожал рассматривать географические карты. Героиня книжки Ирмгард Койн «Девочка, с которой детям не разрешали водиться» говорила, что любит повторять вслух необычные имена и названия, от которых получает такое же удовольствие, как от пирожных. Я её очень даже понимаю. Кстати, возможно из-за этого у меня всегда хорошо шли иностранные языки. Вот и любил рассматривать старый затрёпанный атлас, вычитывая на цветных пятнах странные названия. Особенно вкусные названия были в Латинской Америке, а самые деликатесы – на территории Бразилии.

До сих пор какие-то струны в душе трогает городок на границе с Боливией под названием Гуажара-Мирин в штате Рондония. Хотя я сознаю, что в реале, скорее всего, это довольно пыльный населённый пункт с одно-двухэтажными бетонными домами на берегу реки с мутной водой.

Читать я начал очень рано, поэтому стандартная программа младших классов у меня была прочитана ещё до школы. В младших классах рулили Жюль Верн и Герберт Уэлс. Ну к подростковому возрасту, когда как раз должна была подойти очередь приключенческой литературы, я перекинулся на книги о путешествиях и иноземной природе: «Мир животных» Акимушкина, Даррелл, Ганзелка и Зикмунд, дневники Перси Фоссета… С другой стороны – донна Роза Д’Альвадорес из Бразилии, где в лесах много диких обезьян. Странно, но почитателем бразильского футбола я отнюдь не являлся. Не забудем также и рабыню Изауру, которую как раз классе в девятом показали по Центральному телевидению. В общем, смесь была обширная и вполне гремучая. Ну а детонатором, который привёл её в движение, стали две открытки, до поры до времени тихо лежавшие в ящике в шкафу.

Открыток вообще в том ящике было довольно много. В основном старые советские с произведениями искусств. Как-то от нечего делать я в них залез, и обнаружил, что кроме картин из музея Пушкина там имеются старые открытки с черно-белыми фотографиями из европейских городов. Открытки явно пережили пересылку, на них были марки и текст написанным ровным мелким почерком, адресованный моему прадеду Владимиру Знаменскому. Кажется, отец пояснил, что эти открытки посылал ему его брат Александр, учившийся в Кронштадте на морского офицера. И судя по всему, посылал он их из учебного похода вокруг Европы в 1910 году. Кронштадт, Киль, Инвернесс, Брест (не белорусский, а тот, что в Нормандии), Виго, Неаполь, Пирей, турецкий Мармарис – по датам я довольно легко восстановил его маршрут. Дальше – больше. Потом я заметил, что некоторые открытки написаны вовсе не по-русски, а на каком-то романском языке, хотя тоже мелким и ровным почерком, но другим. Да и датированы не 1910, а 1902 годом. Большая часть из них была из Реймса во Франции, но на эти я внимания не обратил. Зато сразу обратил внимание на две открытки из Рио де Жанейро от некоего Фернандо Монтенегру.

Вечерний Ору Прету

Вот и подошли к концу мои бразильские репортажи 2021 года. По уже сформировавшейся традиции я заканчиваю их вечерними видами города. На сей раз я не стал менять режим освещения в установках, чтобы оставить теплые тона натриевых ламп. Так фото становятся даже более уютными, хотя естественность цветопередачи, возможно, и страдает. Приятной прогулки по вечернему Ору Прету!

Вид на район возле церкви Зачатия Богоматери от церкви Богоматери Милосердия и Прощения.

Ору Прету, дубль два, часть вторая

Надо сознаться, что несмотря на то, что интерес к Бразилии у меня был ещё со школьных лет, про Ору Прету я услышал довольно поздно. Кажется, перед первой поездкой в Бразилию. Я тогда скачал документальный фильм, в котором рассказывались истории нескольких живущих в Бразилии людей, например, торговца-кабокла, плавающего на небольшом судне по дебрям Амазонки или девушки-пилота вертолёта из Сан Паулу, которая сдаёт экзамены в авиационную академию. Название фильма, к сожалению, не помню, да и сам фильм после винчестерных катастроф у меня не сохранился, и найти его заново не удалось. Жаль, пересмотрел бы сейчас с удовольствием. Одна из историй была про девочку-полусироту из Ору Прету, которая готовится к празднованию пасхи в городе. Пожалуй, это был самый интересный сюжет в фильме. Я, вообще, к религиозным вещам равнодушен, но смотрел, как зачарованный, на ковры из крашеных опилок, которые насыпают на улицах (потом я подобные ковры видел в Перу), на детишек в костюмах ангелов, на процессию людей в балахонах, и всё это на фоне прекрасного старинного города с вычурными церквями, белыми домиками с большими окнами и балконами и узких кривых улочек. Ну, потом то я видел Ору Прету в «Золотом глобусе» уже как старого знакомого. Да, пасха, в особенности, святая пятница («сешта-фейра санта») в Ору Прету – такие же знаковые дни, как карнавал в Рио. Хотел бы я это увидеть воочию, но это очень трудно, ибо на пасху сюда приезжают десятки и сотни тысяч людей, а город здорово не резиновый. В Рио на карнавал, пожалуй, попасть проще. Завидую, тем, у кого есть там знакомые.

Минас Жерайс – это сплошные спуски и подъёмы. Прямо как моя жизнь.  ©  Леандро Рейс.

Леандро – мой знакомый по одной языковой соцсети. Он живёт в Гоянии, зарабатывает на хлеб преподаванием португальского языка и латыни и тащится от России. Естественно, я ему не мог не продемонстрировать свои фото из бразильских вояжей. Чем вызвал вот этот меткий комментарий. Да, Гояс, конечно, по сравнению с Минасом куда как более плоский. А Минас – это сплошные спуски и подъёмы, особенно в южной и центральной части, где и сосредоточены его исторические города. В этом то и есть шарм, хотя попотеть при прогулках по его красотам, конечно, придётся. Зато вознаграждением будут прекрасные виды. Сегодняшнюю прогулку мы начнём с похода за этими самыми в идами в район под названием Баушита, то есть, Боксит. Да, я упоминал, что в Ору Прету разрабатываются бокситы, а в соседнем с Баушитой промышленном районе Сараменья работает алюминиевый завод. Расположена Баушита на южных склонах соседней горы, отделённой от центра Ору Прету долиной речки Фунил. Я жил в самой долине, буквально рядом с речкой, так что спуска по пути избежал. А вот подниматься пришлось по полной программе, примерно на 160 метров вверх, судя по цифровым картам, на самую вершину горы Морру ду Крузейру. Взгромоздился. Цель моего захода – кампус Федерального университета Ору Прету UFOP.

Ору Прету, дубль два, часть первая

Ну, вот наше путешествие подходит к своей развязке, а заодно к своему апогею. Ибо рассказывая о колониальном Минас Жерайсе, можно обойти многие темы. А вот без Ору Прету обойтись никак нельзя. Объект такого масштаба является воистину крупнейшим алмазом в короне Минаса и обязателен к посещению, желательно, неоднократному.

…Рождение Ору Прету пришлось всё на те же годы начала XVIII века после того, как в горах Минаса были обнаружены первые золотые месторождения, а первые золотые ручьи на территории нынешней муниципии были найдены в 1695-98 годах. Вслед за бандейрантес из Таубате, сюда хлынули толпы авантюристов из Байи и Пернамбуку. Первая деревня тут была основана весьма вскоре после Вилы ду Карму, о которой я рассказывал в прошлый раз, паче и расположена она была всего в двадцати километрах от оной. Деревню, вобравшую несколько старательских лагерей, назвали Вила Рика ди Албукерки, ну а впоследствии её имя удлинили до Вила Рика де Носса Сеньора ду Пилар де Ору Прету, то есть, Богатая деревня Богоматери Столпа из чёрного золота. «Чёрное золото», сохранившееся в названии города до сих пор, происходит из того факта, что местные золотоносные породы обильно смешаны с оксидами железа (вы ведь помните, что в Мариане до сих пор добывают железную руду?), придававшими самородкам тёмный оттенок. Старатели «чёрного золота» спускались с гор, окружавших Минас, брали семьи, рабов, горный инструмент, пересекали леса, переходили вброд могучие реки и сражались с индейцами, изгнанными сюда с побережья. Монахи бежали из монастырей, землевладельцы бросали плантации, одержимо озирая земли Минаса, сулившие богатства, доступные без борьбы и труда. В 1720 году Вила Рика была определена в качестве столицы нового капитанства Минас-Жерайс

Уже к 1730 году население муниципии Вила Рика (впрочем, тогда включавшей ещё Ору Бранку, Итабириту и Конгоньяс) составляло около 40 тысяч человек (не знаю, впрочем, учитывала ли эта цифра рабов), а ещё через десять лет – 80 тысяч. Сейчас это число особого почтения не внушает, но в то время население Нью-Йорка, самого большого города Северо-Американских Соединённых Штатов, было вдвое меньшим, а население сегодняшнего мегаполиса Сан Паулу составляло всего восемь тысяч человек. Вила Рика, без дураков, был самым крупным (хотя размеров Потоси XVII века ему достигнуть и не удалось) и самым богатым городом Западного Полушария. Всего за колониальные времена отсюда в метрополию было вывезено свыше 800 тонн золота. А в обратном направлении ехали художники, архитекторы и скульпторы, возводившие на склонах гор чудесные здания. Исчерпания месторождений к концу XVIII века Вила Рика избежала: то ли золота тут было побольше, чем у соседей, а то ли сыграли свою роль столичные функции, ибо к XVIII веку Вила Рика была одним из общепризнанных центров политики, экономики и искусства. В 1823 году, после провозглашения Бразильской империи, Вила Рика получила статус имперского города, каковой присваивался лично императором Бразилии в честь особых заслуг перед страной. Городов с этим статусом в Бразилии было всего пять. Кроме Ору Прету это были Сан Паулу, Монтевидео (да, в 1825 году нынешняя столица Уругвая, как и весь Уругвай, также относилась к Бразильской империи), Нитерой и неожиданно знакомый нам Сан Луис ду Параитинга. Тогда же город получил своё нынешнее имя. В 1839 году здесь была основана фармацевтическая школа, которая считается первой фармацевтической школой в Южной Америке. Ну а в 1876 году тут появилась первая школа горного дела. Оба учебных заведения существуют до сих пор, правда уже в рамках Федерального университета Ору Прету, но про него мы поговорим в следующий раз. С городом связаны имена десятков людей, составляющих золотой фонд бразильской нации, от уже знакомых нам Алейжадинью и Тирадентиса, а также автора «Изауры» Бернарду Гимарэнса, до президента Жетулиу Варгаса, пионера авиации Алберту Сантус Дюмонта и целого ряда не столь известных в России политиков, художников, музыкантов.

По иронии судьбы, конец имперского Ору Прету, как одного из важнейших городов Бразилии, пришёл одновременно с концом империи. В 1897 году, как мы знаем, столица Минаса Жерайс была перенесена в Белу Оризонти. Население Ору Прету быстро сократилось – сам великолепный город начал считаться символом косности и отсталости. В итоге первую половину XX века Ору Прету практически не развивался. Что, впрочем, изрядно помогло ему во второй половине XX века. Статус национального памятника он получил в 1933 году, при Жетулиу Варгасе, а в 1938 году, одним из первых он был объявлен историческим городом IPHAN. Ну а в 1980 году Ору Прету стал первым бразильским объектом, внесённым в список Всемирного Наследия ЮНЕСКО, открыв дорогу всем прочим памятникам, которых сейчас в национальном списке уже двадцать два.

Современный Ору Прету, в общем, может и не очень велик по масштабам: население муниципии составляет около 70 тысяч человек, а в самом городе живёт около 41 тысячи. Экономически город держится на двух столпах. Во-первых, горная промышленность: здесь добывают железную руду, бокситы, марганец, тальк, мрамор, слюду, ну и конечно, золото. На весь мир известны оранжевые «императорские» топазы, которые сейчас добывают практически исключительно в муниципии Ору Прету. Ну и во-вторых, это туризм. Город стратегически удачно расположен между Белу Оризонти, Рио де Жанейро и Сан Паулу, так что его осмотреть его приезжают сотни тысяч туристов, как из Бразилии, так и со всего мира. Ведь тут есть, на что посмотреть. Одних барочных церквей тут больше двух дюжин.

Вечерняя Мариана

По вечерней Мариане, надо сказать, мне погулять особо не удалось. Первый вечер пропал, ибо в Мариану я прибыл позже рассчётного из-за сломавшегося автобуса, а когда собрался наконец пойти погулять и перекусить, город накрыло дождём. Во второй вечер прогулка была, но несколько короче, чем хотелось бы, к тому же помешали кое-какие события, ну да про них выше. Снимков сделал немного, тем не менее, среди них есть очень неплохие (ну ладно, просто такие, которые мне нравятся), так что посту про вечернюю Мариану быть.

После дневной прогулки я перекусил и вернулся в гостиницу, и вовремя, ибо небо затянуло тучами и пошёл дождь. Но уже часам к пяти вечера дождь прошёл и небо начало рассеиваться. Я вышел погулять пораньше, где-то за час до заката, ибо над Марианой появилась красочная радуга.

Мариана, дубль два

Колониальные городки Минаса, хоть и очень похожи своими пряничными домиками, расставленными по склонам, но каждый из них всё же имеет своё лицо, и у каждого имеется что-то особенное. Наш сегодняшний герой – городок Мариана, расположенный в 75 километрах (115, если мерить по дороге) к юго-востоку от Белу Оризонти. Этот тоже совершенно особенный город. Как и его собратья, Мариана была основана во времена золотой лихорадки в Минас Жерайс. И именно она и была первым местом, откуда эта самая лихорадка и началась. Бандерйанте из Таубате начали активно шуршать по территории нынешнего Минаса уже в конце XVII века, хотя изначальным объектом их вылазок были поселения индейцев, которых колонизаторы использовали в качестве рабов. Впрочем, про эту задачу довольно скоро забыли, когда в речке Риу ду Карму охотниками за головами был найдено золото. Первый лагерь золотоискателей под названием Арраял Рибейран ду Карму был разбит именно тут в 1696 году. В 1711 году бывшему лагерю был присвоен статус деревни под именем Вила ду Рибейран де Носса Сеньора ду Карму, уже через год сократившимся до Вила Реал ду Карму, и это была первая деревня на территории нынешнего Минаса и местный административный центр. Так что в 1720 году Вила Реал стала центром новообразованного капитанства Минас Жерайс. А в 1745 году она же, первой в землях Минаса получила статус города и имя Мариана, в честь Марии Анны Австрийской, супруги упоминавшегося здесь португальского короля Жуана V и матери короля Жозе I. Таким образом, Мариана была и остаётся первой деревней в Минас Жерайс, первым городом и первой столицей штата. Можно сказать, отсюда и начался Минас, каким я его знаю.

Со столичным статусом Мариана, правда, довольно быстро рассталась (про это будет скоро), а золотые прииски, в основном исчерпались к XIX веку, хотя добыча золота тут существует до сих пор, в том числе и видных прямо в городе формах, ну да про это ниже. Но Мариана до сих пор важный горнодобывающий центр, добыча полезных ископаемых составляет свыше 80% её валового продукта. Хотя на смену золоту пришла железная руда – Мариана входит в регион так называемого «железного четырёхугольника», обеспечивающего около 60% добычи железных руд в Бразилии. Железо из Марианы идёт не только на бразильскую металлургию, но и на экспорт. По показателям ВПП на душу населения Мариана занимает пятое место в Минасе и двадцать пятое место в Бразилии. Текущее население муниципии – около 60 тысяч человек, впрочем, население довольно обширно раскидано по районам и шахтным выселкам, как это и бывает в горнопромышленных городах. Мариана - это также и университетский центр, тут находятся два института социальных и гуманитарных наук, относящихся к Федеральному университету Ору Прету. Развивается и туризм, хотя надо сказать, тут Мариана также в значительной степени подчинена Ору Прету, ну да что поделать, Ору Прету – это объект слишком большого масштаба, и про него мы поговорим позже.

Десять лет назад я здесь уже был, заезжал на денёк из Ору Прету, но этого явно было недостаточно. Отсюда и резкое желание посетить Мариану ещё, и на сей раз, даже в ней переночевать. Десять лет назад я вошёл в Мариану пешком, поскольку сперва посетил золотую шахту в Пасажен ди Мариана , Въезд, надо сказать, не особо изменился – всё это я видел и в прошлый раз.

Серру

Городок Серру затерялся (на сей раз этот эпитет вполне употребим) в горах Минас Жерайс примерно в 160 километрах к северо-востоку от Белу Оризонти и в 45 километрах на юго-восток от Димантины. От столичного региона он отделён горным хребтом Серра ду Сипо, и крупных дорог мимо него не проходит. Как нет тут и огромного числа туристов, особенно иностранных. Впрочем, что уж говорить, когда иностранцев почти нету и в имеющей статус памятника Всемирного Наследия Диамантине. В путеводителе «Лонли Плэнет» про Серру мелким шрифтом выражено сожаление, что туристический статус города не соответствует его потенциалу, и именно это сожаление и привело к тому, что данный пункт возник в моём маршруте, и после Диамантины я, наконец, направился осмотреть что-то совсем для себя новое, о чём не пожалел. Серру, безусловно, занял своё место в моей душе среди россыпи колониальных городов Минейры.

Возникновение Серру, как и других его колониальных собратьев, относится к началу XVIII века, когда в землях, имеющих индейское имя Ивитуруи, был основан лагерь бандейранте. «Ивитуруи» в переводе с тупи обозначает «Ветер холодного холма», ну а сам лагерь получил длинное португальское имя Арраял ду Рибейрон дас Минас ди Санту Антониу ду Бом Ретиро де Серру ду Фриу, в конце которого виден всё тот же «холодный холм», точнее, гряда холмов, ибо слово serro дословно переводится с португальского, как пила. Лагерь достаточно быстро превратился в деревню, которая с 1714 года получила название Вила ду Принсипи, в честь какого-то принца, подозреваю, что всё того же Жозе, в честь которого изначально был назван Тирадентис. К 1720 году деревня была центром огромного региона Серру Фриу, покрывавшего, значительный кусок Минас Жерайс. Важным для Серру Фриу моментом оказалось то, что, кроме золота, тут были найдены месторождения алмазов, крупнейшим из которых был уже знакомый нам Тижуку, впоследствии превратившийся в Диамантину. Но даже превосходя по своему экономическому значению Вила ду Принсипи, Диамантина была подчинена Серру административно. Кроме золотых приисков, в Вила ду Принсипи был основан литейный дом, в который доставлялось золото со всего региона.

Золотых копей Серру Фриу, впрочем, также хватило всего где-то лет на сто. В начале XIX века город начал погружаться в провинциальную дрёму. Побывавший в 1817 году в поселении французский натуралист Огюст де Сент Илер описывал его так: «Вила-ду-Принсипи включает около 700 домов и население от 2500 до 3000 человек. Он занимает удлиненный изогнутый холм, и дома, утопающие в садах, рассыпаны по нему амфитеатром, его разбросанные церкви образуют ансамбль с весьма приятным видом, который можно рассмотреть с близлежащих возвышенностей… Здесь есть два постоялых двора и около 15 торговых домов, почти все товары импортированы из Англии… В деревне не было фонтанов, и водоснабжение осуществляли рабы, приносившие из ручья в долине бочки с водой. Здесь не было никаких увеселительных заведений, и единственной забавой была охота на оленя, обычная практика в этом регионе».

Впрочем, статус регионального центра привёл к тому, что в первой половине XIX века Вила стала родиной целого ряда известных местных политиков и юристов, самым известным из которых является Теофилу Оттони. В 1838 году Серру получил статус города и своё текущее имя. Впрочем, значение его продолжало падать. Городок не нашёл второго дыхания в сельскохозяйственной, промышленной или коммерческой деятельности, сюда так и не была проведена железная дорога, и он просто погрузился в сон в горах Серра ду Эспиньясу. Как это часто бывает, это и помогло ему сохраниться в первозданном виде, и даже обеспечило его уникальность. Именно Серру оказался первым городом всей Бразилии, получившим в 1938 году статус исторического города IPHAN, опередив в этом такие признанные жемчужины, как Салвадор, Ору Прету или Олинда. Почему так получилось, я сказать не могу. Но что город своё место в списке исторических памятников вполне оправдывает, это точно. Удивительнее, что при этом на памятник Всемирного Наследия ЮНЕСКО его почему-то не выдвигают. 

Сейчас в Серру около двадцати тысяч жителей. Городок известен производством местного сыра и пытается раскрутиться, как местный туристический центр, хотя монстрам типа Тирадентиса или Ору Прету пока заметно уступает. Но потенциал у него неплохой: кроме сыра и исторического ландшафта, который мы сейчас будем рассматривать, в окрестностях есть около сотни водопадов, горный заповедник Пику да Итамбе и отдалённые районы, связанные с добычей драгоценных камней.

Вечерняя Диамантина

Пять лет назад, гуляя по ночной Диамантине, я мог только пожалеть, что у меня нет штатива. Ибо сказочная атмосфера в городке с приходом темноты не только не ослабевает, а даже усиливается. И вот сбылась мечта идиота, я гуляю по Диамантине с фотоаппаратом на штативе. Добро пожаловать в вечернюю сказку. Эти места при свете дня я уже показывал, теперь покажу при свете фонарей.

Прогулку начну сразу после захода солнца в точке, где с площади Жуселину Кубичека выходит Руа Дирейта. Важным наблюдением в прошлом году оказался светофор, расположенный в этой точке, где улица резко сужается и поворачивает, так что, подъезжая к этой точке, ты не видишь, кто едет навстречу. Мне казалось, что там светофора раньше не было. Ан нет, был, хотя, видимо, не работал. Теперь вот работает. Кстати, выше на Руа Дирейта есть ещё светофор, и вот он то не работает и сейчас.

Просто Диамантина

А это вовсе не ремейк, и даже не добавка. Ибо подробный пост про Диамантину был в общем-то, совсем недавно, и почти ничего нового я к нему добавить не могу. Строго говоря, я в Диамантину мог вообще в этот раз не заезжать, но поскольку главной целью моего отпуска было получить позитивные эмоции, а не посетить как можно более мест, то я это сделал. И наделал кучу фоток. Ну, не пропадать же им, паче там есть действительно хорошие. Так что просто пост с картинками, а текст никому всё равно не нужен.

Пару недель назад в одной языковой соцсети (про неё я когда-нибудь расскажу) ко мне на страничку зашла женщина из Венгрии, которая прокомментировала моё фото из Диамантины словами «Домики из книжки сказок!» Ну, если кто читал мой пост ранее, то знает, что у меня была ровно та же ассоциация.

Белу Оризонти, добавка

Продолжаем гулять по солнечной Бразилии, Бразилии моей. Вот этот пост уже нельзя рассматривать, как римейк. Во-первых, был я в Белу Оризонти не так давно, а писал пост про сей город и вовсе недавно. Во-вторых, хотя и побывал там за отпуск ажно три раза, но в основном, пробегом. Переночевал только один раз, а один раз даже и из автовокзала не вышел. И хотя повидал даже кое-что новое, например, Сидаджи Административа, последнее творение Оскара Нимейера, но видел я его из окна автобуса и даже не сфоткал. Так что фоток вообще не так много. Ну, чего то я в прошлый раз не видел, что-то видел, но не снял, а что-то появилось временно именно в конце прошлого года, так что вот вам добавка. Добавка к этому посту.

Отсчётной точкой моих прогулок, по понятной причине, был автовокзал Белу Оризонти, ибо даже когда я останавливался в гостинице, она была недалеко от него, ведь автовокзал – традиционно одно из мест сосредоточения дешёвого жилья в бразильских городах. Кроме того, это удобно для ориентации. Не то, чтобы с порога огромного автовокзального комплекса, но с площади перед ним начинается белуоризонтский «бродвей» – авенида Афонсу Пена, широкая улица, названная в честь местного политика,  министра из правительства короля Педру II, в начале XX века ставшего президентом Бразилии. Ну а с 1892 по 1894 год он занимал пост губернатора штата Минас-Жерайс, причём он был первым избранным губернатором штата. И перенёс столицу штата из Ору Прету в Белу Оризонти тоже он. А улица – главная в городе, на ней находится, в частности, мэрия.

Сан Жуан дел Рей, вечер

Ещё один город засыпает… Хотя нет. Это город достаточно большой, чтобы ложиться поздно. Делая вечерние снимки Сан Жуан дел Рея я неоднократно вспоминал Кампече, где большинство вечерних снимков пострадали от фар проезжающих машин. Хотя, справедливости ради, в Сан Жуане машин вечером было не столь много, да и булыжные переулки исторического города для интенсивного движения всё-таки не очень приспособлены.

Вот о чём жалею, что не сделал вечернего снимка церкви Святого Франциска. В первый вечер я гулял по левобережью, и не столь долго, уже в восемь с копейками я пошёл пить пиво, а на следующий вечер длинной прогулки тоже не получилось – пошёл дождь. Пришлось свернуться и опять пойти пить пиво. Самый вечерний снимок Святого Франциска был снят в шесть с копейками, снимал с рук, так что в нём высокое ISO и были сильные шумы. С грехом пополам почистил их в фотошопе, но всё равно смотрится так себе.

Сан Жуан дел Рей, дубль два

Это тоже ремейк поста десятилетней давности, точнее, даже трёх постов, ибо в Сан Жуане тогда я провёл времени несколько побольше. Переезд в Сан Жун дел Рей будет совсем недалёкий. Всего семь километров на пригородном автобусе. Он поминался в постах про Тирадентис неоднократно, да и как его избежишь, ибо Тирадентис фактически является пригородом Сан Жуана, и, следуя в первый, неизбежно проезжаешь второй, да и в истории они тоже где-то рядом.

Точный год основания Сан Жуана также неизвестен, вероятно, он относится к 1701, 1704 или 1705 году. Но скорее всего, это было уже после основания Тирадентиса, поскольку первый лагерь бандейрантес, из которого вырос Сан Жуан, назывался Арраял Нову ду Риу дас Мортис, то есть новый лагерь. Старым был, соответственно, просто Арраял ди Сан Антониу, то есть, нынешний Тирадентис. Так же как и старый, новый лагерь располагался в стороне от Риу дас Мортис, на берегах ручья Коррегу дас Леньейрас, где, собственно, и было намыто первое золото. В 1707-1709 годах Арраял был одним из плацдармов стычек между Паулистанскими бандейрантами и старателями из колоний Северо-Востока, известных, как «война эмбоабов». В 1713 году лагерь получил статус деревни, а заодно имя Сан Жуан дел Рей. Как и в случае с Сан Жозе дел Рей, имя святого тут было выбрано в честь августейшей персоны – короля Дона Жуана V, правившего с 1706 по 1750 год, а заодно отца Жозе I, про которого я рассказывал в прошлый раз.

Вот давно мне интересно, откуда в названии города взялось это испанское «дел», образующееся при слиянии притяжательного предлога de и определённого артикля el. В португальском языке есть такое же слияние, но определённый артикль мужского рода тут выглядит как «о». То самое слияние должно выглядеть, как do и звучать, как «ду». В чём дело?

УПД из 04.05.22. А дело оказалось вот в чём (спасибо Леандро Рейсу, который мне это объяснил): пост-титул del-Rei относится вовсе не королю как таковому, а к бандейранте из Таубате по имени Томе Портес дел Рей, которого считают основателем города, и который, скорей всего, имел испанские корни. Как-то я это факт во время исторического экскурса из виду упустил.

Похоже, золотые прииски Сан Жуана оказались помощнее, чем в Сан Жозе, ибо в XVIII-XIX веке это был второй по значению город Минас Жерайс, уступавший по масштабам только столице штата, блистательной Вила Рика. Исчерпание золотых шахт Сан Жуан пережил куда успешнее своего соседа, он не был отброшен в безвременье, а успешно стал крупным торговым, а затем и промышленным узлом юга Минаса. Следы XIX века в Сан Жуане видны не в пример лучше, чем в Тирадентисе, что я весьма скоро продемонстрирую. Город был своего рода «почти столицей» штата, и возможность переноса столицы из Ору Прету сюда, прежде чем был основан Белу Оризонти, рассматривались вполне серьёзно. В XX веке значение Сан Жуана несколько уменьшилось, сейчас он не входит в десятку самых крупных городов штата, но всё равно в нём имеется определённый промышленный потенциал (объекты текстильной, металлургической и химической промышленности), и потенциал интеллектуальный – в городе работает Федеральный университет Сан Жозе и ряд филиалов вузов поменьше. Один из знаковых бразильских политиков XX века являлся уроженцем Сан Жуана, ну да про это мы ещё не раз вспомним сегодня. При этом город, собственно, не особо велик – текущее его население оценивается всего в 90 тысяч.

Вечерний Тирадентис

Фрагмент, посвящённый Тирадентису в эпизоде «Золотого глобуса», просмотренный мной ещё до первой поездки в Бразилию. заканчивался на ночных улочках при свете фонарей. Диктор несколько раз повторяет штамп о том, что в этом городе время приостановило свой бег и демонстрирует тёмные безлюдные улочки, на которых единственным звуком является эпизодический лай собаки.

Ну как я мог пропустить такой аттракцион?! Да ни за что на свете. И фотоаппарат со штативом с собой взял. Город засыпает, просыпается мафия…

Тирадентис, дубль два!

 Переходим к главному блюду моего путешествия, колониальным городкам Минас Жерайс. В штате их целая россыпь (гораздо больше, чем я посетил), и у каждого, несмотря на общие обстоятельства рождения, своя история и свой уникальный характер. Посмотрим, удастся ли мне его раскрыть в своих заметках. Ну а почему «дубль два» …  Да потому, что почти всех я посещал по второму разу, и Тирадентис тоже, репортаж про него вы можете найти в ленте путешествий десятилетней давности. И не то, чтобы Тирадентис за десять лет сильно изменился (напротив, его фича во многом в том, что он не меняется веками), но сильно изменился я и мои навыки ведения блога. У меня изменилась манера изложения, я надеюсь, что набил руку и в фотографиях, да даже и фотоаппарат у меня другой, чем был тогда: десять лет назад я снимал ещё на Pentax К-20, потом перешёл на более наворочанный К-5. К тому же в 2011 году я заехал в город всего на один день, а в 2021 уже переночевал, и не один раз. Да и погода во второй визит была существенно лучше. Можете сравнить, есть ли прогресс за десять лет. Мне кажется, что есть.

Тирадентис расположился на юге штата Минас Жерайс, в регионе, имеющем название Вали ду Риу Гранди. Риу Гранди значит, «великая» или просто «большая река», и топонимов «Рио Гранде»/«Риу Гранди» навалом по всей Латинской Америке, начиная прямо от границ США. В Бразилии есть ажно два штата с разных концов страны, которые различают по дополненному обстоятельству: Риу Гранди ду Норти (то есть, северная) и Риу Гранди ду Сул (южная). Примечательно, что к Риу Гранди, которую я пересёк по пути из Сан Висенти в Тирадентис, ни та, ни другая отношения не имеют. В месте, где я её переехал она ничем особенно не выделялась, но вообще река важная – она имеет длину свыше 1200 километров и на стыке штатов Мату Гросу ду Сул, Минас Жерайс и Сан Паулу, сливаясь с Паранаибой (не путать со знакомой нам Параибой!) даёт начало второй по величине реке Южной Америки Паране. Но для нас сейчас важнее другая речка, Риу дас Мортис, один из правых притоков Риу Гранди, берущий начало у знакомой нам по «Рабыне Изауре» Барбасены и протекающей через городки, куда я и ехал. Между этой самой речкой в её среднем течении и обрывистой горной грядой Серра ди Сан Жозе и находится Тирадентис. Примечательной чертой города является то, что он рождался несколько раз. Во многих источниках годом его основания числится 1718 год, но это не совсем верно, поскольку в городе есть сооружения с более ранней датой постройки. Первый же лагерь бандейрантес из Таубате под руководством Жоао ди Сикейра Афонсу, названный Арраял де Сан Антониу, подле обнаруженного здесь золотого прииска, видимо, относится к 1702 году. Грубо говоря, это ровесник Питера и (простите) Петрозаводска. В 1718 году посёлок получил статус отдельного муниципалитета с длинным названием Вила ди Сан Жозе ду Риу дас Мортис, впоследствии сокращённого до Сан Жозе дел Рей. Имя святого Иосифа (то есть Жозе) являлось данью уважения четырёхлетнему португальскому принцу, который через тридцать лет станет королём Доном Жозе I и немало насолит Минейре, ну да про это ниже. Золотое месторождение у гряды Сан Жозе, видимо казалось весьма обильным, что способствовало строительству прекрасного города, но довольно быстро исчерпалось, что способствовало его забрасыванию, а стало быть, лучшей сохранности. Муниципия была упразднена и восстановлена в 1849 году путём отделения от соседнего Сан Жуан дел Рея. В 1889 году Сан Жозе получил своё нынешнее броское имя, про это будет чуть ниже. А последнее рождение Тирадентис пережил в середине XX века, когда город получил статус памятника IPHAN, уже поминавшегося в моём блоге национального Института исторического и художественного наследия. Городок очень полюбился творческой интеллигенции: художникам, модельерам, театралам и кинематографистам. Ну а самое главное – он очень полюбился туристам, сперва бразильским, а затем и иностранным. Сюда приезжают десятки, а то и сотни тысяч посетителей, кто на день, а кто и на несколько. К моему удивлению, статуса памятника Всемирного Наследия Тирадентис до сих пор не имеет, довольствуясь статусом исторического города IPHAN. Ничуть хуже от этого город не становится.

Сан Висенти - просто глубинка

Тамбов на карте генеральной

Кружком означен не всегда;

Сегодня будет уникальный пост. За время существования своего блога я рассказал о значительном количестве важных узловых городов, столиц стран и регионов и туристических достопримечательностях. Как, собственно, поступают все авторы тревел-блогов. Сегодня рассказ о просто небольшом захолустном городке, который легко можно обойти, прокладывая маршрут, про который и рассказать то, в общем, особо нечего, даже на автодорожной карте Бразилии, которая висит у меня в кабинете на стене, он отсутствует. Я попал в Сан Висенти ди Минас почти случайно, использовав его в качестве «аэродрома подскока» по пути из Таубате в долину Риу Гранди. Обычно, прокладывая маршрут, в качестве пунктов пересадки рассматриваются большие транспортные узлы, в которых сплетаются десятки маршрутов. У меня опыт прокладки маршрута с провинциальными пересадками был пока только один. В 2017 году на Филиппинах я пытался из Бонтока в горах доехать в Виган на побережье на местных маршрутках с двумя пересадками, первая из которых должна была быть в маленьком городке Сервантес, а вторая – и вовсе на перекрёстке, где машины с гор выезжают на трассу Манила-Лаоаг. Собственно, неудачу я потерпел сразу, когда оказалось, что утренняя маршрутка из Бонтока в Сервантес по воскресеньям не ходит. Фактор воскресного дня, на самом деле, весьма существенен, когда ты планируешь остановки в глубинке, в чём я ещё раз убедился в Сан Висенти. Пришлось делать большой крюк с заездом в столицу горной области Багио, а в Виган я в итоге попал на сутки позже. Сходным образом, в ближайшие к Таубате Тирадентис и Сан Жуан дел Рей я мог попасть с пересадкой в Сан Паулу или Белу Оризонти. В любом случае, это означало бы приличную добавку и по времени езды, и по деньгам. Но палец Виктора указал на точку в южном Минасе, куда ходил дневной автобус из Сан Паулу, проходивший через Таубате, и откуда ходил ежедневный утренний автобус прямо в Сан Жуан дел Рей.

И вот я уже сижу в «Комете», правда, на сей раз не теплоходе на подводных крыльях, которыми я, бывало, ездил из Петрозаводска в Заонежье, а в автобусе одноименной компании. Автобус подозрительно полон, что в эпоху ковида не совсем радует, хотя на всех надеты маски. Долго едем по знакомым ландшафтам долины Параибы, но уже за городком Крузейру автобус сворачивает в горы, въезжает в плотные облака, а дальнейшее мне напомнило сцену из «Кролика Роджера», где Эдди в компании Кролика через туннель въезжают в Мультаун. За перевалом нас ждало синее небо, яркое солнце и красные черепичные крыши. Улыбайтесь, вы в Минас Жерайс. Мы проезжаем Пасса Куатру, Сан Лоренсу, Кашамбу – названия, которые ближайшие недели я буду каждый день читать на бутылках минеральной воды. Собственно, после Сан Лоренсу автобус очистился наполовину, а вторая половина, в основном, вышла в Кашамбу. Очевидно, что основное предназначение этот маршрута – связать Сан Паулу с местными минеральными водами. Но на этом он не заканчивается, а уходит в зону сельского хозяйства с полями кукурузы и пастбищами на не то низких горах, не то на высоких холмах.

Бразильский Альбион

Ну что ж, переходим непосредственно к достопримечательностям Бразилии, посещённым мной в 2021 году. Самую первую вылазку в горный курорт Кампус ду Жордан пропускаем – из-за дождливой погоды мне не удалось даже как следует осмотреть место, не говоря уже о том, чтобы как следует его запечатлеть. На следующий день мы поехали в совсем другое место, и погода была тоже отнюдь не солнечной, но, надо сказать, его колориту тучи и моросящий дождик как нельзя более способствовали. Паранапиакаба, кусочек Англии в бразильских горах.

Найти это местечко на карте совсем нетрудно. К юго-востоку от Сан Паулу, примерно на полпути к морю есть точка, где автомобильная дорога вдруг оканчивается тупиком. А проходящая чере неё же железная дорога Сан Паулу – Сантус делает резкий разворот даже не на девяносто градусов, а вообще на острый угол, и устремляется на юго-запад к морю. Почему? Ну, для объяснения этого факта придётся немного подраспутать клубок из исторической и географической науки. Итак, Бразилия, XIX век. Страна недавно обрела независимость. Золотая лихорадка века XVIII (про которую речь пойдёт в следующих постах) закончилась с исчерпанием месторождений. Экспорт изменился, вместо золотых слитков в Европу повезли мешки с сахаром, а затем и кофе, ставшим основным экспортным товаром и славой Бразилии на более, чем столетие. Центр выращивания кофе при этом смещался. Начав с районов новой столицы Рио де Жайнеро, кофейные плантации через уже знакомую нам долину Параибы поднялись в район Сан Паулу, где распространились в невиданных масштабах. Благо, море, а стало быть, порты для вывоза, как раз находятся недалеко, чего там какая-то полусотня километров по карте… Но вот это как раз та ситуация, когда по карте сложности сразу не видны. Дело в том, что Сан Паулу стоит на плато Планалту Паулиста высотой примерно 750 метров. И это самое плато, немного приподнявшись на краю, резко обрывается к морю, теряя в высоте около 800 метров на километр с небольшим перемещения по карте. Уклон в отдельных местах превышает 60 градусов. Поэтому долгое время мешки с колониальным товаром приходилось таскать в порт Сантуса караванами мулов, насчитывающими сотни голов. Извилистые горные дороги быстро приходили в негодность, а во времена затяжных дождей бывали просто непроходимы, не говоря о порче товара и низкой пропускной способности такого транспорта. Посему в тридцатые годы заговорили о необходимости постройки технической новинки – железной дороги, которыми к середине XIX века как раз начали активно обрастать европейские страны. На утрясание организационной стороны дела ушло более двадцати лет – первый проект 1839 года был просто отклонён, как преждевременный. Наконец за дело взялся крупный бразильский капиталист барон де Мауа, имевший как кофейные плантации, так и современные океанические суда, а главное – связи с английскими коллегами. Ему удалось убедить двор императора Педру II в необходимости строительства надёжной связи Сан Паулу с морем и выделении средств. Оставалось только найти инженера, который возьмётся за сложную задачу преодоления почти километрового резкого  перепада высот. Таковым стал шотландец Дэниэл Макинсон Фокс, уже имевший опыт сооружения железных дорог в горах Северного Уэльса и Пиренеях. Высадившись в Сантусе, Фокс приступил к обследованию местности. Уже вскоре он обнаружил расщелину между горными цепями Серра ду Посу и Серра ду Марран, взбегавшую от Пиасагуэры к вершине плато. В общем, её нетрудно увидеть на топографических картах до сих пор.

Таубате, город, как город

Ну что ж, продолжаем рассказ про чудесную Бразилию. На сей раз, в форме репортажей по следам вылазки 2021 года, закончившейся менее месяца назад. И начинаю я это продолжение (простите за оксюморон) символическим образом (в чём символизм – поймёте очень скоро) с Таубате. В городе Таубате, штат Сан Паулу я бывал неоднократно, и в сумме провёл там, пожалуй, больше времени, чем где-либо в Бразилии. Тем не менее, в блог он практически не попадал, да и вообще у меня как-то почти не находилось фотографий из него. Город то я видел, но, в основном, из окна машины, и большинство фотографий сегодняшнего поста было сделано в последний день моего прошлогоднего вояжа, когда моё наличие в Таубате совпало с отсутствием определённых планов. А вот чего бы не рассказать, наряду с городами-достопримечательностями, про этот просто бразильский город, где живут просто люди? Впрочем, лукавлю. Город то, на самом деле, не хуры-мухры. Национальный институт исторического и художественного наследия Бразилии неспроста включил его в список исторических населённых пунктов.

Таубате расположен примерно в центре Вали ду Параиба Паулиста, того самого «щупальца», протянутого штатом Сан Паулу на восток, в 130 километрах от столицы штата, и в 115 километрах от аэропорта Гуарульюс. Сейчас это второй по величине город мезорегиона после авиационной столицы Бразилии Сан Жозе дус Кампус. Поелику по размеру Таубате примерно соответствует моему Петрозаводску (сейчас в муниципии проживает примерно 320 тысяч человек), в моём тексте он не избежит неоднократного сравнения. Таубате несколько старше Петрозаводска – его основание относится к 1640 году, впрочем, название он позаимствовал от ранее существовавшей на одном из холмов деревушки индейцев-тупи по названием Табайбате, что переводится, как «Высокая деревня», а собственно, с 1640 по 1645 год здесь были возведены церковь, впоследствии ставшую собором, дом общественного собрания (совмещённый с тюрьмой) мельница для сахарного тростника, и само поселение, получившее имя Сан Франсиску дас Шагас ди Таубате. Первые десятилетия существования Туабате связаны практически исключительно с деятельностью бандейрантес, в дословном переводе «знаменосцев».  Так называли вооружённые группы, чьей функцией было расширять владения португальской короны. Пожалуй, наиболее близким аналогом тут являются казачьи отряды, осваивавшие Сибирь и Дальний Восток. «Банды» тут не при чём, хотя деятельность оных товарищей, конечно, была неоднозначная: одной из задач бандейрантес до начала импорта рабов из Африки был захват индейцев для труда в колониях. И немаловажным фактором являлась, например, разведка ресурсов региона (может, помните, как это было, на примере «Старого дьявола» Аньягеры?). Именно бандейрантес освоили огромную территорию, достигавшую на запад Мату Гросу, на юг – Санта Катарины, а на север – штата Токантинс. «Арраялы» с часовнями, которые они организовывали возле открытых приисков, превращались в города, которые сейчас сами имеют статус исторических. Таубате, сам основанный бандейрантес из Сан Паулу, служил одним из основных опорных пунктов «знаменосцев», и именно отсюда отправлялись в XVII веке золотоискатели, открывшие прииски штата Минас Жерайс, и основавшие такие исторические города, как Мариана, Ору Прету и Сан Жуан дел Рей. Через три сотни лет с хвостиком по их следам из Таубате отправился и я, в чём и есть символизм начала моих репортажей именно отсюда.

Бразильское заключительное

Что ж, с некоторым запозданием, вызванным во многом поломкой домашнего компьютера, закрываю, наконец путевые заметки этого путешествия. Уже создана страничка, посвящённая отпуску этого года, так что там можно развернуть всю ленту в хронологическом порядке, ну а репортажи с подробностями и обилием фотографий последуют где-то после нового года.

Это путешествие не было особенным ни по продолжительности, ни по новизне. По сути, я посетил всего два новых места, а в остальном просто освежал впечатления. Но для меня эта вылазка была очень важна в личном плане, поскольку являла собой преодоление препятствий, навалившихся на мою голову в связи с ковидной эпидемией. Из-за неё уже пришёлся пропуск на год 2020, и второй пропуск был уже невыносим. Как я уже писал в посте в начале своих каникул, у меня были разные варианты, но в итоге я предпочёл провести время в компании старых друзей – барочных городков Минас Жерайса, о чём ничуть не пожалел. Это были замечательные три недели.

Здравствуй, Родина!

Обычно последний день путешествия суетлив и бестолков — спешно покупаешь всё, что надо бы привезти, но что почему-то (например, чтобы не таскать за собой по стране в рюкзаке) не купил. Но на сей раз всё было уже закуплено заранее. В супермаркеты я выбрался в предпоследний день, а вечером купил билеты на автобус до аэропорта. В итоге в последний день я оказался предоставлен сам себе. Днём выбрался погулять по Таубате — до этого я только ездил по нему пассажиром на машине, а тут, наконец, вышел посмотреть пешком. Оказалось, до центра идти не так уж далеко, около пары километров, да и гипермаркеты, где я покупал конфеты и смесь для пан-ди-кейжу, вовсе недалече. Посмотрел на будни в нетуристическом бразильском городе. Пообедал «пор кило» напоследок, потом ещё взял мороженое из асаи, вот этого мне через пару дней точно никто не предложит.

Ну а уже после заката солнца автобус компании Pássaro Marron, то есть, «Бурая птица», повёз меня по Дутре в направлении аэропорта, куда я прибыл уже в 11 вечера. Регистрации, впрочем, пришлось ждать, ибо самолёт отлетал уже под утро, в 3:50.

Дорожное

Ну что ж, вот мы подходим к стадии, когда фильм уже окончен и начинают идти титры. Последний день в Ору Прету начался с того, что я сменил гостиницу. На последнюю ночь я переехал ближе к центру, а главное — повыше, что сохраняло изрядное количество сил при карабканье до автостанции во время эвакуации. По случайному совпадению, интернет в новой гостинице также работал несколько получше.

Небо после солнечных выходных нахмурилось и время от времени шёл дождь. День я потратил, в основном на организационные меры: купил билет до Таубате, прошвырнулся по сувенирным лавкам, чтобы купить презенты родным и друзьям, и долго решал, что лучше взять на память: стеатитовую фигурку пророка или гипсовую наморадейру?