Папонт в Илоило

День начался поздно. Притомился по приезду в Илоило, так что спокойно продрых, пока в коридоре кто-то не включил музыку (окна в моём номере нет, так что о времени я не имел ни  малейшего понятия). Да кто врубает музыку в такую рань? Но взглянув на часы, обнаружил, что уже без десяти десять. Ну, что ж, помаленьку встал, раскачался, и пошёл осваивать Илоило. А не, вру. Сперва я пристал к даме на респшне, как проехать в Миагао (примерно в 50 километрах к западу от побережья), где расположена четвёртая церковь «тектонического барокко» на Филиппинах, внесённая в памятники Всемирного Наследия. Та долго мне объясняла на миньонском языке (зачем я в самолёте смотрел «Миньонов»? Мне теперь английский с местным акцентом напоминает этих жёлтых существ), что надо сперва на джипни до Харо доехать до какого-то «Супера», а потом уже там сесть на джипни до Миагао.  Ну, ладно, хоть какая информация. Ни в путеводителе Lonely planet, ни на Викитревеле про попадание в Миагао вообще никакой информации.

Первым делом сходил на «Ривер Уорф терминал», откуда отправляются скоростные паромы в Баколод, моё следующее место назначения. Узнал расписание, а также то, что билет можно купить за полчаса до отхода парома. Отлично.

Папонт на Висайяс

Ну, вот теперь я на Филиппинах, можно сказать, официально. Во-первых, из манильского предбанника я вышел в свободный полёт по островам Висайяс. Что такое Висайяс? Грубо говоря, Филиппины географически делятся на три части: на севере — большой остров Лусон с несколькими прилегающими островами поменьше, в первую очередь, Миндоро и Масбате (иногда в эту часть относят ещё и вытянутый между Миндоро и Борнео остров Палаван), на юге — большой остров Минданао. Ну а между ними — целая куча остров немного поменьше, но тоже больших, которые и известны под названием «Висайяс». Висайяс, в свою очередь, делят на Западные, Центральные и Восточные. Ну, Восточные, то есть острова Самар и Лейте я пока посещать не буду, а вот по Западным и Центральным должен попрыгать в ближайшие 24 дня. И маршрут начинается в городе Илоило на острове Панай.

Недорогой авиабилет на перелёт из Манилы в Илоило также был куплен заранее. Теперь оставалось не прохлопать вылет. Памятуя о злодейском таксисте, пытавшемся посадить меня на бабки, поинтересовался у девочки на респшне, какова нормальняа цена проезда от Малате до аэропорта. Девочка не знала. Вечера пришла ещё одна девочка, а главное, довольно толковый охранник. Повторил вопрос уже им.

День в Маниле

Помаленьку втягиваюсь в ритм. В Маниле, впрочем, я долго не собираюсь задерживаться В прошлый раз так вышло, что я Маниле провёл одну ночь, но два дня. В этот раз будет наоборот: две ночи, но один день в городе.

Встал довольно поздно: в девять. Впрочем, это здесь было девять утра, в Москве, откуда я прилетел, было всего четыре часа ночи. Ну да надо приучать себя к новому часовому поясу. Да, на восток лететь всегда труднее, чем на запад. Уже в десять пошёл прогуляться по городу, вместо завтрака перекусив хот-догом в 7-eleven.

Папонт снова на Филиппинах

Ну вот, я опять где-то в жопах мира. С Колумбией, конечно, не выгорело. Сложностей многовато, не говоря уже о том, что цена на билеты в Боготу через Стамбул доходили до 180 тысяч. Сейчас около 130, но это всё равно дороговато. В Бразилию около 120. И понижения ожидать не приходилось в связи с чемпионатом мира по футболу в Катаре, из за которого направления с Ближнего Востока в Латинскую Америку в ноябре/декабре перегреты. В общем, Латинская Америка в этом году отменялась. Начал искать, чем бы её заменить. Первый вариант был Шри-Ланка, путеводитель по которой у меня уже лет пять пылится на полке в путешественном шкафу. Только в Шри Ланке в этом году такой экономический кризис, что ни нам, ни Европе не снился. Пообщался с местными на Интерпалс, они меня отговорили: типа бензина нет, цены растут каждый день, вообще полная жопа. Вариант отпал.

Вторым вариантом было Марокко, в котором много чего интересного. К тому же закрыл бы гештальт Африканского континента. Но увы, Марокко — страна не тропическая. В ноябре и декабре там довольно прохладно и ветрено. Откиснуть на солнце и фруктах точно бы не удалось. Так что когда билеты до Касабланки по цене ушли с 48 до 84 тысяч, я не шибко расстроился. Ну, съездим в Марокко как-нибудь по весне. 

Ну а потом всплыли билеты на Этихад в Манилу за 51 тысячу. По меркам нынешнего года это дёшево. В Таиланд или Вьетнам — за 70 тыр. В Индонезию ещё больше. Филиппины же — это уже настоящие тропики, без балды. А видел я там пока очень мало. Решено, валю на Филиппины.

Малакка

 Вдруг прилетел попугай и спросил:

— Вы знаете, что такое кукаляка?

© Г. Остер

А вы знаете, что такое Малакка? Нет, это не дочка Кукаляки и Мамурика. Надеюсь, что название на слуху. Вот пролив между островом Суматра и материковой частью Малайзии называется Малаккским. Между прочим, очень важный пролив, через который идут торговые пути из Европы и Передней Азии на Дальний Восток. А сама материковая часть Малайзии называется полуостров Малакка. Некоторые это тоже знают. Но уже не очень многие знают, что Малакка – это изначально город в устье одноименной речки, впадающей в море примерно на середине Малаккского пролива. Между прочим, считается самым старым городом материковой Малайзии. Само малайское слово «мелака», как и в случае с Ипохом, обозначает дерево, в данном случае не очень у нас известное плодовое дерево из экзотического семейства филлантовых, называемой в ботанической науке «эмблика». В XIV веке, в эпоху становления феодальных малайских государств, тут, близь устья реки, тогда называвшейся Бертам, остановился под этим самым деревом низвергнутый правитель Сингапура Парамешвара. Здесь на его глазах собаки загнали оленька, маленького тропического оленя величиной с кролика. Однако оленёк повёл себя довольно храбро и сумел сбросить обеих преследовавших его собак в воду. Изумлённый Парамешвара решил, что это знак свыше, тут основал свою новую столицу, которую назвал, по имени дерева, Мелака. Было это на рубеже XIV и XV веков.

В XV веке Маллака процветала. Арабские, китайские и индийские мореходы останавливались здесь, чтобы пополнить запасы продовольствия и пресной воды. Империя Минь, бывшая тогда не менее крупным торговым гигантом, чем современный Китай, основала в Малакке свой торговый пост, так что местный султанат (вскоре арабы занесли сюда ислам) пользовался определённым китайским протекторатом. Если на Пинанге китайцы появились, в основном, при англичанах, то здесь китайцы жили с момента основания города. В городе базировался сам адмирал Чжэн Хэ. Ткани, пряности, фарфор, сандаловое дерево, торговцы самых разных цветов кожи и языков. Естественно, всё это довольно быстро достигло ушей европейцев, а конкретно, португальцев, тогда осваивавшихся не только в Бразилии, но и на побережье Индии. Первые контакты были довольно гладкие, но памятуя о сложных отношениях иберийцев с мусульманами, нетрудно понять, чем всё закончилось. В 1511 году Малакка была взята штурмом. На холме над левым берегом реки Малакка поругальцы построили крепость, известную, как «А Фамоза», что переводится именно как «Знаменитая». 

Древлянка II, осень 2022

Осень-2022 в Петрозаводске что-то не баловала погожими деньками. Уже и октябрь движется к концу, пора бы делать очередной фотообход Древлянки II, а на улице всё хмарь и часто даже дождик. Ну, какие тут фотосъёмки? Поэтому, когда вчера выдался более или менее солнечный день, сгрёб я фотоаппарат и побежал фиксировать полугодичные изменения. Собственно, сегодня погода даже лучше, но вот сегодня я был занят. Так что выкладываю съёмки вчерашние.

Начнём обход традиционно с Древлянки-9 ака ЖК «Каскад». Здесь сдали десятый дом, получивший адрес проезд Алексея Афанасьева дом 3. Забор убрали. Дом потихоньку заселяется. Вот он с угла проездов имени героев Советского Союза Афанасьева и Баскова.

Сортавала 2022

Осень пришла в Карелию внезапно, будто кто-то взял и выключил лето. Ещё вечером 28 августа я возвращался домой в шортах и сандалиях, а наутро небо затянуло тучами, довольно резко похолодало, и стало понятно, что шорты и сандалии остались в прошлом. 12 сентября я закончил полевой сезон, сгоняв на автобусах в Сортавалу, под которой у меня была пар точек, с которых надо было взять пробы почв. Сортавала находится довольно далеко от Петрозаводска, так что пришлось потратить на эту поездку целый день. Неприятным фактом было то, что все автобусы Петрозаводск-Сортавала отправлялись после обеда и прибывали в столицу Карельского Приладожья уже вечером. По счастью, я вовремя обнаружил, что имеется автобус до Питера, объезжающий Ладогу с севера и запада, который выходит в 8-30 и проходит Сортавалу в районе часа дня. Где-то в это время я вылез у развилки на Вяртсиля, где у меня была первая точка, накопал почвы там и пошёл в пешком семь километров к околице самой Сортавалы, где у меня на склоне горы была вторая точка. Погода стояла солнечная, хотя и было уже довольно прохладно. Отобрав почву и на второй точке, я пошёл в центр города, чтобы пообедать, ну а потом у меня было два часа до обратного автобуса, чтобы прогуляться.

А ведь я был в Сортавале только четвёртый раз, и в предыдущий раз был ажно 11 лет назад, в 2011 году. К сожалению, двухчасовая прогулка, да ещё после того, как уже я прошёл с десяток километров, не позволила разглядеть слишком много. Ну что ж, поделать, значит, содержательного поста опять не будет. Будут поверхностные ощущения.

PROFIT!!!!

Немного отвлечёмся и поговорим о таком предмете, как некоммерческие организации или НКО. Строго говоря, вещи я буду говорить банальные, так что даже возникает желание воскликнуть «А чо, этого кто-то не знает?!» Но, конечно, не знает. Знали бы все – самих НКО просто бы не существовало. Ну да всё по порядку.

Некоммерческая организация (НКО) — это организация, основной целью деятельности которой не является извлечение прибыли и которая не распределяет прибыль между участниками. Некоммерческие организации могут создаваться для достижения социальных, благотворительных, культурных, образовательных, научных и других целей.

Это такое определение в Википедии приведено. С моей точки зрения, оно является описанием некого «идеального газа», в природе не существующего. Ибо прибыль бывает не обязательно денежная, и её получение, как правило, спрятано куда-то вглубь, ну и денежная прибыль в деятельности НКО тоже не отсутствует. В реале деятельность подобных контор подчиняется трёхчленной схеме, отдалённо напоминающей эпизод про гномиков из «Южного Парка».

1. Алармистская риторика. Для привлечения внимания граждан надо как-то удивить. Например, напугать. Какой-то очень страшной проблемой.

«На каждого россиянина давит воздушный столб массой в 16,5 тонн, а власти делают вид, что всё в порядке!»

Блин! Чешет в затылке обыватель. И впрямь, власти ничего не делают, и даже про это не говорят.  Ни Путин про это не говорит, ни в программе «Время» про это не услышишь. А любого усомнившегося скептика запросто поставят на место экспертным мнением из учебника физика: давит же, и это факт! И даже покажут ролик из ютуба, где атмосферное давление сминает железнодорожную цистерну.

Не, далеко не всегда проблема надуманная. Часто она бывает вполне реальной, но беда в том, что внимание привлекается не к самой проблеме, а к каким-то её симптомам. К примеру, наркомания (излюбленное поле деятельности НКО) – это социальная проблема, вытекающая из плачевного экономического положения в стране. Сами наркоманы – всего-навсего жертвы сложившейся в его результате безысходности. Не будет возможности травить себя наркотиками – они найдут другой способ отправиться в жернова естественного отбора. Ещё более яркий пример – реабилитационные центры для животных. Весьма модно выхаживать попавших в беду зайчиков и птичек, а потом выпускать их в природу. Правда, основная проблема, от которой страдают зайчики и птички – это разрушение местообитаний, а сами выхоженные могут погибнуть через два дня после выпуска в природу от других причин, но на это внимание не обращайте. Один хрен, проблему разрушения местообитаний, как и разрушения экономики кучка интузязистов решить не может. Она решает проблему конкретного наркомана Васи и конкретного зайчика, переданного им из Ростовской области в Подмосковье. Но об этом думать не стОит. Стоит думать, как всё плохо, и что надо же что-то делать. Для этого и нужна алармистская повестка.

Ипох

Сегодняшний рассказ про малайский город со стёбным названием Ипох. В русском языке вообще есть правило, согласно которому иностранные географические названия, непотребно звучащие на русском, могут быть несколько видоизменены. Так одна аргентинская провинция стала называться на наших картах Жужуй, а столица Аннама, Центрального Вьетнама, обрела манерное имя «Хюэ». К тому же, у нас традиционно ориентировались на английские, колониальные имена, а в английском языке «эйч» на конце не читается. Но город почему-то не получил русского названия типа «Ипо». Ипох он и есть Ипох. Да, в общем, и по… и всё равно.

Сложнее объяснить, как я тут оказался. В городе нет особых достопримечательностей, и сам он не шибко исторический. Вероятно, я просто хотел сделать остановку на пути с Пинанга в Малакку, и решил эту остановку сделать не в Куала Лумпуре, так что с острова я направился на туристическом автобусе сюда, в Ипох.

Само «слово «ипох» обозначает дерево из семейство тутовых, родственника шелковицы. Только в отличие от своего съедобного родича, дерево это чрезвычайно ядовито, и в странах Азии его сок используется для отравления стрел. По латыни это дерево называется Antiaris toxicaria, а по-русски – анчар. Тот самый, воспетый Пушкиным. Впрочем, надо сказать, Александр Сергеич несколько преувеличил – не знаю, росли ли тут анчары, но Ипох стоит отнюдь не в пустыне чахлой и скупой, а вполне себе на зелёных живописных холмах. Ипох, в общем, достаточно крупное поселение. На 2020 год тут проживало около 750 тысяч человек, что делало его восьмым по величине городом Малайзии, и самым крупным, если не считать агломерации Куала-Лумпура, Пинанга и Сингапура. Это столица штата с также довольно стёбным названием Перак. Ну, тоже какое есть. Вместе с тем, город отнюдь не стар – городом он стал где-то в 1880 году, когда здесь, в долине реки Кинта, англичане нашли крупные месторождения олова, так что в ХХ век Ипох вошёл, можно сказать, на оловянных ногах. Экономический бум привлёк кучу переселенцев – в современном Ипохе, как и на Пинанге, китайцы численно преобладают над аборигенами и составляют около 44% населения, а есть ещё и значительное число индусов. Уже в 1895 году это был второй по величине город Малайской Федерации, а к 1937 году сюда переехала столица султаната Перак. В 1970-е годы оловянное месторождение истощилось, что вызвало, по выражению авторов статьи в английской Википедии, «десятилетия упадка и запущенности». Но в 2014 году, когда в Ипох заехал я, никаких упадка и запущенности тут не ощущалось. Напротив, весьма чистенький и ухоженный город, где колониальные сооружения соседствуют с современным стеклом и бетоном. Правда, не сказать, что за менее суток, проведённых мной в Ипохе, я его как следует рассмотрел, ну да старый город, лежащий между рекой Кинта и железнодорожной линией вполне осмотрел. Пройдёмся тут и мы.

Ферма тропических фруктов

Пришла пора поговорить о тропических фруктах.

При всем разнообразии тропических фруктов нужно все-таки сознаться, что, перепробовав большинство, я все-таки остаюсь сторонником произведений нашего севера. Фрукты тропиков далеко не столь нежны и ароматны, как наши. Мясо их или грубо и твердо, или отдает сильным запахом, который неприятен для непривычного, или они водянисто-кисловаты и безвкусны. От многих пассажиров наших судов, проходящих тропические порты, и от морских офицеров я слышал даже безусловное порицание тропических плодов. Фрукты тропические, как и наши, не все одинакового качества и достоинства.

Российский ботаник и географ рубежа XIX-XX веков Андрей Краснов (между прочим, родной брат печально известного генерала Краснова) выражал по отношению к плодам тропиков явный скептицизм. Здесь он справедливо сетует как на плохую известность тропических культур, так и недостаток истории их селекции, хотя в другом месте сам отмечает, что сортовое разнообразие (и история возделывания) бананов, например, не уступает яблокам. Я с уважаемым профессором позволю не согласиться. По моему скромному вкусу, тропические фрукты – одна из лучших вещей в экваториальных широтах. Тут работает само по себе разнообразие тропической природы, ну и, к тому же, сейчас селекция тропических культур ушла далеко вперёд от того места, где она находилась сто с лишком лет назад.

Настоящее знакомство с тропическими фруктами у меня произошло довольно поздно. Ну, понятно, я не про апельсины с бананами говорю, хотя как-то в нежном возрасте мне даже случилось попробовать ананас, которые тогда в продаже практически не появлялись, разве что в мороженом или консервированном (дорогущие!) виде. Затем моя сестра вышла замуж, а её свекровь, так получилось, работала в оранжерее Главного ботсада. Там мне довелось попробовать, например цератонию («царьградские рожки») и кинкан (кумкват). Но основную массу экзотических плодов я видел только в книжках. Была замечательная книга, переиздание заграничной, кажется, от издательства «Мир» с цветными иллюстрациями. К сожалению, не могу не только найти эту книгу, но и вспомнить, как она точно называлась. Вот там я впервые увидел личи, карамболу и рамбутан. Сейчас значительную часть данного списка можно купить в любом супермаркете. Но беда в том, что купивший их за немалую цену, скорее всего, будет разочарован не хуже Краснова. К нам и ананасы то не совсем лучших кондиций доезжают, а уж что говорить про манго и лонганы? Это, как ни крути, надо кушать в тропиках, когда оно вызрело на жарком экваториальном солнышке и попало на базар через пару часов после того, как было собрано на плантации. В этом я и убедился практически с первого своего визита в тропики.

Естественно, я обрадовался, когда в списке туристических аттракционов Пинанга увидел ферму тропических фруктов, расположенную где-то в западной части острова. Ехать туда из центра Джорджтауна, если, конечно, у вас нет машины или кучи бабок на такси, надо с пересадкой в посёлке Телук Баханг на северо-западе острова. Телук Баханг, хоть и невелик, но сам содержит несколько мест притяжений туристов, например, визит-центр национального парка Пинанг (в парк я тоже пытался сходить, но быстро попал под проливной тропический ливень и ретировался, никуда толком не дойдя). Посему в него ходит регулярный автобус номер 101 из центра Джорджтауна, останавливающийся вот на этой развязке со скульптурой, изображающей ловчие кувшинчики насекомоядного растения непентес. Это не фрукт, но непентес тоже был знаком мне по оранжереям ГАБС.