пятница, 21 июня 2013 г.

Ясная Поляна


Ставлю в  записной книжке ещё один плюсик. Ясная Поляна – посещено. Не то, чтобы это место было у меня какой-то детской мечтой, но корни, действительно, тянутся в детство. И даже не к книжке «Толстой – детям». Где-то в конце 70-х моя сестра, тогда игравшая в театре Дворца Пионеров, ездила со своим театром на гастроли в Тулу. Среди всякой мелочёвой дребедени, купленной школьницей Е. Знаменской, был набор открыток «Ясная Поляна». Я его очень любил разглядывать. Но поехать туда как-то не сподвигался – не самое всё же манящее меня место.


И вот, когда Андрей из Ясной Поляны предложил за завтраком в Монастырщине заехать к нему, я принял приглашение, долго не раздумывая. Как же не съездить посмотреть на то, что до этого видел на открытках тридцать с лихвой лет назад? И вот, после небольшого переезда на маршрутке из центра Тулы,  уже закинут к ментам на входе рюкзак, куплен билет за 50 рублей, и я, в сопровождении Андрея и Ирины Николаевны иду по берёзовой аллее. Слева можно видеть большой яблоневый сад, каковых в усадьбе немало.


Дом самого Толстого. Как часто бывает, вид несколько испорчен ремонтом.


Флигель Кузьминских. В палисаднике цветёт чубушник, называемый в просторечье «жасмином».


Бревенчатый домик с соломенной крышей – кучерская изба. Одно из самых ярких визуальных впечатлений от того самого набора открыток. Вблизи я его тоже снимал, но кадры против яркого света получились только, разве, «для себя на память». А кадр издалека, кроме заслоняющего дерева, портят современного вида коттеджи на заднем плане.


Ещё одно яркое детское впечатление – открытка с названием «Абрамовская посадка», где был запечатлён очень солнечный и светлый березняк. Таковой есть в Ясной Поляне до сих пор, даже два. Это так называемая Новая Абрамовская посадка. Старая тоже цела, но что с ней – напишу в конце.


Трансформирующую роль Льва Николаевича можно оценить в Ясной Поляне сполна. При нём лесная площадь усадьбы на окраине Тульских Засек выросла в четыре раза. Местами уже установился зрелый, вполне тёмный лес. По этому лесу, мимо могилы самого Толстого выходим в долину речки Воронки.


На реке восстановили купальню Льва Толстого. Установили по документам примерное место, где она была, а когда начали строит, обнаружили в речной глине жерди и доски. Установили точно. Какой-то остряк повесил на купальню табличку «Выход на лёд запрещён». Пикантность даже не в том, как она смотрится среди летней зелени, а в том, что тут глубина воды сантиметров 15-20…


Сама Воронка изрядно обмелела и заилилась, к тому же, тут тоже поработали бобры, сожравшие всю черёмуху в окрестностях, но выглядит пока довольно живописно.


В долине луга ещё остались. Но поскольку, косить сено тут давно перестали, эти луга, как и кижские, например, уходят под купырь. Впрочем, пока купырь в цвету, купырники смотрятся довольно живописно. Бронзовка на цветках купыря.


Местами можно увидеть что-то более живописное, типа этой чемерицы среди цветущего змеиного горца.


А вот на краю бывшего поля, засеянного сурепкой(!) образовался замечательный «ромашковый луг». На самом деле, заросли поповника. Видимо, там вносили известь в почву.


Любимая скамейка Толстого. Сколько поколений берёзовых жердей было сменено тут со времён Льва Николаича – бог весть. Жерди меняют тут по мере убывания постоянно.


А вот этот мостик (в усадьбе подобных несколько) просто перебирают каждые два года – берёзовая древесина, не очищенная от коры, гниёт довольно быстро.


Туристы у конюшен. Очередная иллюстрация принципа «Всем пох».


Ясная Поляна – место и впрямь очень ясное и светлое. Интересно, что тут, пожалуй, как нигде обнажаются противоречия между охраной культурных ценностей и жизнью. Руководство музея хочет сохранить тут «всё, как было при Толстом». Но природа вносит свои коррективы. Та же Абрамовская посадка не должна быть вечной: берёзовая роща – это всего лишь один кадр в фильме лесной сукцессии. Старые берёзы должны уступить место дубам и липам. Но их выпиливают, продолжая поддерживать посадку «как было при Толстом». При том, что тогда она всё-таки выглядела по иному. Лес, лишённый подлеска неуютен для лесных зверей и неестественен. Про обмелевшую Воронку я уже писАл. Насаженные Толстым «ёлочки» уже давно превратились в здоровые ели, которые сейчас вовсю жрёт короед-типограф. Засохшие деревья приходится спиливать, образуя уродливые окна. Ну а самое удручающее, пожалуй, пруды усадьбы. Верхний пруд ещё выглядит ничего, хотя ценную рыбу в нём уже сменили карасики. Пруд евтрофицируется. Идёт сток органики с конюшни у дома Волконского, который раньше как-то задерживался старым яблоневым садом, увы, отжившим своё. Нижние пруды же вообще покрыты ряской, на фоне которой довольно странно смотрится купальня Софьи Андреевны…

Не всё ясно с Ясной Поляной, увы.

Комментариев нет:

Отправить комментарий