суббота, 26 октября 2019 г.

Санта Клара

Санта Клара – центр провинции Вилья Клара, и по кубинским меркам город довольно важный. Его нельзя назвать ни старинным, ни прекрасным, и у туристов он не столь популярен, хотя свою роль в истории Кубы сыграл, и пара достопримечательностей тут имеется. Так что тем, кто интересуется историей революционной Кубы, к посещению обязателен. Впрочем, я сам попал сюда почти случайно. Поскольку памятником ЮНЕСКО городок не является, в изначальном списке мест, которые я хотел посетить, его не было, и из Камагуэя я планировал податься сразу в маленький колониальный Тринидад на Карибском побережье. Однако, помогло расписание автобусов компании «Виасуль». Через Камагуэй вообще ходит немало рейсов, как из Восточной Кубы, так и с Атлантического побережья, но большая часть из них направляется прямо к Гаване, и в Тринидад, лежащий чуть в стороне, не заруливает. Пара автобусов всё же была, но они, заразы, либо выходили из Камагуэя, либо приходили в Тринидад, глубокой ночью. Зато имелись вполне удобные дневные автобусы до Санта Клары, откуда уже до Тринидада совсем недалеко. Решено: заезжаю в Санта Клару.


Во времена Барбудос Санта Клара была четвёртым по величине городом Кубы. Сейчас, впрочем, она откатилась на шестое место, пропустив вперёд Ольгин и Гуантанамо. В глаза сразу бросается, что городок, практически стопроцентно одно-двухэтажный, так что с возвышенных точек он просматривается практически целиком. Исключения составляют только несколько церквей, да одна гостиница на главной площади. Вот так выглядит улочка, ну не то, чтобы на окраине, но чуть в стороне от центра, в месте, где я квартировал. Зелёное здание слева – это табачная фабрика. А здание с треугольным портиком в перспективе улицы – местный железнодорожный вокзал.



Обстоятельства основания Санта Клары довольно забавны. Имеется в стороне от неё тихий колониальный городок Ремедиос. Считается, что он старше даже Тринидада, и берёт своё начало откуда то из начала XVI века, но туристами не столь облюбован, и даже в исторические «Сьете вильяс» он почему-то не входит. Как-то вот постоянно этому городу не везло. То ли его терроризировали вездесущие пираты, то ли проходили ураганы, а то ли поселенцам не хватало корма для скота, но в 1682 году колонистов собрал священник отец Гонсалес де ла Крус, который заключил, что место данное нечисто, и им овладели сатанинские силы. Вероятно, поверили в это не все, хотя через два года из Мадрида прибыл королевский указ покинуть проклятое место, дабы избежать контактов с демонами. А ещё через пять лет, в 1689 году восемнадцать семей таки покинули Ремедиос, и в пятидесяти километрах к западу нашли между речками Белико и Кубаникай место, где на холме под тамариндовым деревом вознесли молитву. На этом самом месте через полвека была построена вот эта церковь. А рядом с церковью в начале XX века посадили дерево тамаринда. К сожалению, от него на снимке видно только верхушку кроны.


Центра Санта Клары сформирован, уже, в основном, во времена независимой Кубы. Здесь тоже есть пешеходная улочка с ресторанами и магазинами, часть из которой застроена колониальными домиками…


А часть более современной архитектурой. «Панамерикано» - сеть местных супермаркетов. Но интересно, связано ли название «Прага» со столицей Чехословакии?



«Санта Розалия» -очевидно, какой-то пафосный ресторан. Вот не помню, здесь я ужинал при свечах, или в другом пафосном ресторане, но ощущения были довольно скромные. На Кубе, как я сказал, не особо угадаешь, как и где тебя обслужат.


Центральная площадь Санта Клары – место категорически симпатичное. В испанских колониальных традициях главная площадь латиноамериканских городов часто носила имя Пласа Майор или Пласа де Армас. Но, как и везде на Кубе, после получения независимости, площадь была переименована в честь кого-нибудь из героев войны за независимость. В данном случае, полковника Леонсио Видаля Каро.


Где-то здесь стоит его бюст, но я его не нашёл. Да и не искал, ибо у площади имеются иные доминанты. Сразу заметен вот этот памятник, подойдя к которому можно прочитать имя, Марта Абреу де Эстевес. По прошлому опыту можно ожидать, что это какая-то писательница. Но нет, Марта Абреу не публиковала стихов, не писала музыки и не водила в бой отряды мамби. Это была представительница богатого семейства, которая прославилась, как говорят в России, меценатской деятельностью на рубеже XIX и XX веков. Именно она строила школы, больницы, железнодорожный вокзал и даже общественную прачечную.


Сам ансамбль главной площади сложился, во многом, благодаря ей. В частности, обелиск слева был воздвигнут на её деньги в 1886 году в память о священниках XVIII века, с которых началась система народного образования в городе.


И, несмотря на отсутствие связей с коммунистическим движением, она высоко почитаема в Санта Кларе и после революции. Местный университет так и носит её имя. Скажем так, это фигура номер два в городском пантеоне. А кто фигура номер один? Нет, не Леонсио Видаль. Впрочем, про это потом…
Одно из самых примечательных детищ Марты Абреу стоит тут же, на площади, и имеет статус национального памятника с 1981 года, первым в городе. Театр Милосердия (Эль театро де ла каридад), один из самых примечательных театров на Кубе. Когда-то тут пел Энрике Карузо. Сейчас, после реставрации, театр имеет примерно тот же вид, что в конце позапрошлого века.


Один символов города – фонтан «Мальчик с дырявым сапогом». Эта фигура чётко привлекает к себе внимание, и в ней сразу чувствуется что-то американское. Так оно и оказалось: скульптура была куплена местным горожанином Франсиско Лопесом Лейва в Нью-Йорке. Впрочем, это уже копия, установленная на трёхсотлетие города в 1989 году. Остатки оригинала, разрушенного в 1959 году, хранятся в местном музее.


Несколько примечательных колониальных домов на западной стороне Парка Видаль. На переднем плане – торговый центр, за ним гостиница «Сентраль», а здание с часами, которое лучше видно на первой фотографии в посте – местная радиостанция. Ну а сзади – зелёная коробка бывшего отеля «Хилтон», ныне гостиница «Санта Клара либре», которая и является тем самым высотным исключением, и портит ансамбль всей площади.


Местный дом культуры.


«Институт дополнительного образования» сейчас продолжает служить высшей школой, но в нём находятся подготовительные курсы.


Бывший дворец местного муниципалитета, ныне библиотека имени Хосе Марти на восточной стороне площади. Тоже детище Марты Абреу.


Если свернут в улочку, начинающуюся сразу за зданием библиотеки, то через пару кварталов выходим к красивой церкви с высокой колокольней. Эта церковь называется «Сантуарио диосезеано де ла Нуэстра Сеньора де ла Каридад» (Епархиальное святилище Богородицы Милосердной, то бишь). Но в народе оно более широко известно как «Ла иглесия де буэн вияхе» - то есть, «Церковь  доброго пути». Естественно, минуть такого заведения я просто не мог. Так то это одна из старейших церквей города, хотя нынешний облик, несущий черты готики и барокко, она приняла только в середине XX века.


Ну а потом мы спускаемся по улочкам к реке Кубаникай, туда, где за ней проходит железнодорожная линия, и где на 279 километре железной дороги разыгралось одно из ключевых событий в истории Кубы XX века.


Группу революционеров во главе с Фиделем Кастро мы оставили в Сантьяго в тот момент, когда выжившие в атаке на Монкаду получили длительные срока заключения на острове Пинос. Сам Фидель, в частности, получил 15-летний приговор. Однако, отсидел он в итоге меньше двух лет, и уже в 1955 году отбыл в Мексику, где его уже ожидали знакомые по «Движению молодёжи столетия», получившего теперь название «Движение 26 июля». По воспоминания очевидцев, Фидель прибыл в Мехико только со связкой книг. Однако уже через год связка книг превратилась в большой кружок единомышленников, у которых было оружие, старая американская яхта «Гранма» («Бабуся») и ярое желание опять бросить вызов ненавистному Батисте.  Среди новичков примечательной фигурой был молодой аргентинский медик-марксист Эрнесто Гевара по прозвищу «Че». А всего на «Гранме» 25 ноября 1956 года было 82 человека. При том, что яхта была рассчитана едва на пару десятков пассажиров. Началось всё плохо: кубинцы опять не рассчитали ни времени прибытия, ни необходимых ресурсов. с большим опозданием от рассчётного времени «Гранма» села мель в мангровых зарослях у берегов Восточной Кубы, когда о ней уже знали местные военные. Пробиваться к базе в горах в сорока километрах пришлось с боями. Кого-то убили, кого-то изловили полицейские. Собственно, до базы из 82 человек добрались только 22. Из вооружения у них было только два автомата.
В 1957 повстанцы перешли к активной партизанской войне, совершая атаки то тут, то там. Вылазки не всегда были успешными, но главное, получали общественный резонанс. Местное население, в особенности, крестьянство, охотно переходили на сторону восставших. К лету 1958 года повстанцы контролировали уже значительную часть восточной и центральной Кубы, а к декабрю 8-я колона под командованием Че Гевары, который к тому времени сменил халат медика на воинский мундир, заняла уже порт Кайбариен и поминавшийся выше Ремедиос. Для Батисты пришло время ставить на карту всё, чтобы либо переломить ход боевых действий, либо признать поражение. На помощь группировке правительственных войск выдвинулся бронепоезд с 350 солдатами.
Вероятно, от этого поезда слишком много ожидали. Но конец был немного предсказуем: «Барбудос» просто перерезали ему путь, сломав колею при помощи не то тракторов местного сельхозинститута, не то вот этого бульдозера, установленного в мемориальном парке. Поезд тупо сошёл с рельс, и находившиеся в нём военные тут же запросили о пощаде.


Злые языки поговаривают, что сдача бронепоезда была просто-напросто куплена у коррумпированного командующего, который сбежал во Флориду с полученными деньгами, бросив сопротивление на низших чинов. Я не думаю, что это правда, хотя диапазон действий хорошего командира должен включать разные методы, включая и подкуп. Сопротивления бронепоезд почти не оказал. Это заметно даже по малому числу отметин от пуль, оставшихся на вагонах.


Собственно, за весь бой погибло всего несколько человек (несколько десятков, правда, были расстреляны уже после взятия города). Вроде, пустяковый эпизод войны, но  это была именно та последняя соломинка, которая переломила хребет верблюда: после взятия бронепоезда в течение полудня 28 декабря 1958 года «Движение 26 июля» сломило последние очаги сопротивления в Санта Кларе. Команданте Че вошёл в прославивший его город. Ещё через три дня, 1 января 1959 года отряды Фиделя Кастро взяли, наконец, Сантьяго-де-Куба. В тот же день Батиста спешно покидает остров, а уже второго числа повстанцы входят в Гавану. Санта Клара оказалась той иголкой в яйце, которая причинила смерть проамериканскому кубинскому Кащею. Не стоит, конечно, переоценивать роль случая. Батиста, фактически, уже был обречён, и не будь Санта Клары, было бы какое-то другое место и другой эпизод, но символом победы революции стала именно Санта Клара. Немудрено, что мемориал на месте взятия бронепоезда является одной из двух главных местных достопримечательностей.


Но прежде, чем перейти ко второй местной достопримечательности, пройдём ещё пару кварталов на восток по Авениде Либерасьон, пока по правую руку не увидим вот это двухэтажное здание, занимаемое провинциальным комитетом Компартии Кубы.


Но нам интересно не само здание, а вот эта скульптура, установленная перед ним. Скульптура изображает Эрнесто Че Гевару с ребёнком на руках.


Памятник довольно любопытен. Мало того, что он очень, так если его рассматривать внимательней, можно заметить кучу деталей явно с символическими отсылками. К примеру, из пряжки ремня выходит группа повстанцев. А что символизирует вот эта фигурка на правом плече Команданте, каждый может решить сам. В любом случае, коммунисты Санта Клары за такой памятник вызывают неподдельное выражение. Кстати, нынешний руководитель кубы, Мигель Диас-Канель вышел как раз из Санта Клары. В период руководства провинцией он слыл неформалом, носил длинные волосы и на работу ездил на велосипеде. Впрочем, образ очень кубинский.


Ну а теперь последнее хронологически, но первое по рангу место must see в городе. Оно расположено в паре километров  к западу от Парка Видаль, и идти туда надо по улице, носящей имя Марты Абреу.


По пути проходим местный неоготический собор Свято Клары Ассизской, построенный в 1923 году как раз после того, как был снесён старый собор на площади Видаля. Сейчас на его месте памятник Марте Абреу.


Не самые примечательные районы, даже не центр, а всё равно с уличной скульптурой тут всё в порядке.



Да не только со скульптурой.  Эк обалденно смотрится это граффити именно в контексте этого полузаброшенного дома. Эта самая «Трибуна», насколько я понял, какое-то местное андеграундное заведение.


Или вот целый забор с антивоенными граффити. Беллиссимо!


Но жилые кварталы остаются позади, мы выходим г грандиозному парку, и поднимаемся по дорожке на холм, где расположен мемориал Че Гевары.


На плите сзади – боевой путь 8-й колонны, прошедшей от гор на юго-востоке до Вилья Клары.


Сам Команданте изображён примерно в том виде, в каком он вошёл в Санта Клару 28 декабря 1958 года, потрёпанный и усталый, с перевязанной левой рукой, сломанной при штурме Кайбариена. На пьедестале – девиз самого Че: Hasta la victoria siempre! Всегда до победы.


Но главное здесь – не сам памятник, не рельефы, и не высказывания самого Че, включая его знаменитое письмо Фиделю Кастро от времён, когда он в 1965 году покинул Кубу, и даже не небольшой музей, который находится в постаменте памятника, и куда можно войти с задней стороны. Главное – это небольшое помещение, вход в которое находится рядом с входом в музей. В нём находится перевезённый в 1997-2000 году прах тридцати бойцов партизанского отряда из Боливии, кубинцев, боливийцев, перуанцев. Здесь похоронена, в частности, знаменитая «Таня», Тамара Бунке. Здесь похоронен и сам Команданте Че. К сожалению, там нельзя фотографировать, но всё равно света в этом маленьком зале мало, да и к чему? Уже потом узнаёшь, что памятник сверху установлден таким образом, чтобы быть направленным как раз на район Самайпаты в Боливии, где погиб Че. А ведь в Самайпате я как раз был пять лет назад, до места его гибели оставалось пара десятков километров по горам.

Фигура Че Гевары, конечно, не самая простая и однозначная. Как его трактовать, как революционного романтика или как авантюриста, уже ваше дело. Но самым популярным человеком в левой субкультуре он стал неспроста, и если вам интересен Че Гевара, Санта Клара, «Город святых Марты И Че»,конечно, является обязательным пунктом посещения на Кубе.

Комментариев нет:

Отправить комментарий